Танец левой руки, или Мемуары правого полушария

Мы и сами в душе понимали, что наркомания – это такая неизлечимая болезнь психики и сажать за саморазрушительный образ жизни несправедливо. Каждый из зэков предпочел бы отсидеть тот же свой срок за кражу или мошенничество.

"Майор" вошел во вкус и принялся хвалиться своим имуществом, наворованным за долгие годы воинской службы. Он говорил, что дом его теперь, как полная чаша, а жена его теперь ни в чем не будет нуждаться много – много лет.

Зэки с завистью ловили каждое слово, с готовностью поддакивали, наворачивали колбасу и без перерывов курили дорогие сигареты.

Мага хохотал громче всех, задавал все новые вопросы и потирал свои медвежьи лапы.

Поздно ночью, когда большинство арестантов крепко спали, а я проводил для Маги очередное внушение на развитие умственных способностей и оздоровление организма, Мага встрепенулся.

Он быстро сел за стол и позвал "Майора" пить чай.

"Майор" ещё кайфовал от самомнения и от своего высокого положения в иерархии зэков. Он был очень доволен тем, как круто он заехал в нашу камеру.

Не чувствуя запаха зверя, "Майор" присел за стол напротив Маги и небрежно закурил.

Проявив свою истинную хищническую сущность, Мага сказал "Вот ты, "Майор", служил в армии, общался с сослуживцами, обеспечивал военных питанием. Тебе доверяли, платили зарплату, повышали в звании. А ты взял и всех кинул. По моим понятиям, ты не вор, а крыса. Ты, "Майор", украл у своих".

"Майор" поперхнулся, принялся оправдываться, криво улыбаться и доказывать, что он вор.

Лицо его преобразилось, в глазах появился страх, и Мага пригласил его пересесть на кровать за ширму из простыни.

Вскоре я услышал звонкий звук пощечины. Мага тихим голосом продиктовал "Майору" список продуктов для общего стола и марки сигарет для себя лично.

Мага отвесил еще одну звонкую пощечину, протянул "Майору" телефон и скомандовал "Звони!".

На другой день "Майору" принесли передачу. Зеки зауважали "Майора" еще больше.

Целый месяц, пока "Майор" дожидался своего этапа в лагерь, он получал от Маги указания.

Два раза в неделю Мага приглашал его на свою кровать за занавеску, хлестал по щекам и требовал продукты.

Получив свое, Мага становился добрым и ласковым балагуром, веселившим нас бесконечными шутками и историями из тюремной жизни.

Братское сердце

Воскресным днем, когда по расписанию пришло время пообедать, кормушка открылась, и охранник протянул лист бумаги и ручку.