Начало. Когда в Поднебесной узнали…

– Зачем мы здесь? – в его голосе слышалось неприкрытое недовольство

– Мы здесь, чтобы выполнить свою миссию, спасти человечество, – спокойно ответила Радость

– А нельзя было найти место поприветливее, уж слишком здесь мрачно? – Радость и сама была бы не прочь убраться из этого дома, но предчувствие никогда не обманывали ее. Она явственно ощущала, что именно здесь должно начаться их путешествие.

Длинный коридор утопал в мрачных тенях. Старые, выцветшие обои кое-где покрылись разводами зеленоватой плесени.

В самом далеком углу мерцала настенная лампа, свет которой падал на маленькую фотографию в рамке, криво висевшую на стене. Со снимка смотрела счастливая улыбающаяся пара. Молодой мужчина бережно поддерживал девушку, руки которой с нежностью покоились на округлившемся животе. Радость задержалась взглядом на фото всего на секунду, пытаясь понять, что ее привело в это убогое жилище.

– Они такие счастливые, – послышался кроткий шепот Умиления, которая тоже заметила фото на стене, – я никогда раньше не видела людей… но ведь они ничем не отличаются от нас…

– У них нет крыльев, – дополнил рассказ Ловкость

– А их души пропитаны ненавистью, – подытожил Выносливость

– Тогда зачем мы пытаемся их спасти? – Умиление явно недоумевала

– Потому что, это наша работа! – Радость резко остановилась и обернулась на друзей, – послушайте, вы согласились помочь мне, вы пообещали защищать людей! Незачем задавать вопросы, на которые не хотите слышать ответы.

Никто не в праве никого осуждать, мы можем только направить в нужном направлении, а следовать или нет, уже дело каждого.

Повисла долгая пауза. Умиление виновато потупилась. Процессия двинулась дальше. В конце коридора маячил желтый свет. Обитатели дома, несмотря на поздний час еще не спали. Ангелы по очереди зашли в просторную комнату, служившую гостиной. Следы запустения присутствовали и здесь. Пыль слоями лежала на всех полках, непроницаемой пеленой покрывала зеркала, развешанные над небрежного вида софой. Однако внимания привлекала далеко не безвкусно обставленная комната, а широкое окно, у которого неподвижно стояла женщина

– Это она! – воскликнула Сострадание, первая, заметив фигуру, – человек с фотографии!

Радость окинула взглядом хозяйку дома.

Темные волосы туго стянуты на затылке. Одета она была в дорожный костюм, и явно чего-то ждала. На руках у женщины спал младенец. Он причмокивал пухлыми розовыми губками и крепко сжимал в крошечном кулачке завязку от куртки матери.