Моторы гинеколога Суна

Все трое в камуфляже и с вещмешками.

Жуков. Вы чего, умаялись?

Тхакхок. График движения, он изматывающий. Местность больно пересеченная.

Жуков. Дорогу по карте вы прокладывали сами.

Паксал. От черчения линии рука не устанет, какая бы она не изломанная. Проведена она правильно, а темп можно бы и снизить.

Жуков. По первому требованию я планы не меняю. Там, куда мы идем, мы должны быть в восемь ноль-ноль, и какие бы смертные муки на ваших лицах не проявлялись, я в авральном порядке что-то переигрывать и переносить время прибытия не буду – не успеем, значит, не успеем, но мы поторопимся! На зубах, без помпы, уперто! Вас что, в лагерях подготовки мало гоняли?

Паксал.

Тхакхок. У нас в Лаосе вашей русской закалки не дают – не вообще, а той, что у тебя. Ты-то наверняка учился в высшей школе госбезопасности или в чем-то подобном, ну а мы у вас в Москве проходили обучение в обыкновенном институте, где русский язык мы отшлифовали, но регулярно заниматься физическими упражнениями у нас не складывалось.

Паксал. Для улучшения языка мы вростали в вашу среду и вдыхали дым. Втягивали его.

Жуков. Что курили?

Тхакхок. И курили, и пили… настолько здоровье подпортили, что никакие препараты и тренировки к восстановлению не приведут. У художника Пиросмани есть картина «Кутеж трех князей». В годовщину смерти Хумная Бломанга мы о ней вспоминаем… мы же жили у вас так. Кутили… у нас с Паксалом корни, по вашему русскому изречению, от сохи, а у Бломанга происхождение не простонародное, вот он и надорвался.

Жуков. Допился?

Паксал. Печень. Правительство отправило в Москву троих и одного не досчиталось… дома Бломангом гордились. Хвалились перед соседями, что он получает образование за границей.

Тхакхок. Отец у него денежный. Его бы не обременило послать Бломанга на учебу в Америку или в Англию, но приехавший эмиссар тайного министерства сказал отцу, что Бломанга они решили задействовать в русской программе.

Паксал.

Тхакхок. Они кладут пять из пяти. Не из пистолета в «десятку», а из автомата – тех, кто с ними не согласен. Пять несогласных – положим пять, двадцать – и двадцать расстреляем.

Жуков. Вы говорите о них, словно бы вы не из их рядов. В глубине души вы оппозиционеры?

Тхакхок. Задание мы тебе не сорвем. Ты же из Москвы! В ней нам бывало здорово…

Паксал. С девушками.

Тхакхок. С цыпочками…

Жуков.