Традиции & Авангард. №2 (9) 2021 г.

Не нужно ничего кричать.

Но я тоже был совершенно счастлив. И, естественно, кричал в следующий раз ещё громче – так, что на место пропавших из гортани звуков со свистом устремлялся холодный воздух, и крик мой завершался кашлем.

Когда Дениса выписали из больницы, мы с ним решили, что сноуборд он не бросит. А потом Наташа сказала мне:

– Ты не оставил ему выбора.

– Почему это? – возмутился я. – Я предлагал продать комплект. Он отказался.

– Дело не в том, спрашивал ты или нет.

– А в чём же тогда?

В разговоре с сестрой мне часто не хватало терпения.

Она же как ледокол – движется вперёд с одной и той же скоростью, взламывая гремящие льды моих нападок.

– Дослушай. В том, как ты это спрашивал. Ты говорил: «Может быть, нам сплавить твою доску какому-нибудь храбрецу, а, приятель? Я не буду говорить, что с тобой на ней случилось. Может быть, у него получится лучше. Хочешь, чтобы на твоей доске катался кто-нибудь другой?»

Я скрёб лысину. Я не помнил, присутствовала ли сестра при этом разговоре, но да, именно так я и говорил.

Примерно так.

– Ты его отец. И от того, на чьей ты стороне, зависит очень многое. В тот раз ты был на своей стороне. А он твой сын. Ещё ребёнок. Он всё сделал как должен был – подчинился твоему решению.

А потом она сказала кое-что, что я запомнил надолго:

– Твой сын в разы серьёзнее тебя. Поменять бы вас местами и хорошенько бы тебя отшлёпать.

Чёрт бы её побрал с её проклятыми книжками.

На исходе второго часа истекает и моё терпение.

– Ну что ты плетёшься, как черепаха? – ору я в спину, когда он в который раз аккуратно нарезает снег на мелкие ломтики кантами.

Денис просто устал. Он взбирается на склон, упрямо наклонив вперёд голову, словно горный козёл. Когда он подходит, я чувствую запах пота. Взмокло у него даже лицо.

– Поехали домой, а то простудишься.

Кивает.

Дорогой я засылаю к Денису разведотряд.

– Очень сложно, – отвечает он. – Как будто заново учиться. Хотя ноги всё помнят. Дядя Петя ругался.

– Ты молодец, – говорю я, распечатывая жвачку.

Может, получится вмять в неё мои нервы. Отчего-то я вымотан не меньше сына. – Встал на доску после травмы. Как настоящий спортсмен. Как Кевин Пирс. Ты знаешь, он несколько лет лежал в коме, и…

– Кевин Пирс снова катает?

Денис встаёт коленями на сиденье. До дома нам ехать недалеко, полицейских по дороге нет, поэтому я посадил его рядом с собой.

– Да. У него была травма…

– Я знаю. Ты рассказывал. Вот здо-орово.