Гибрид Игл-Пиг

Губы дергаются, мышцы лица сокращаются, благодаря ладони на ее лице ты это улавливаешь, действие специй не прекращается двадцать минут, тридцать, идет второй час, и губы шевелятся активней, сокращение лицевых мышц все резче… напрашивается допущение, что она уже не от удовольствия вопит, а о пощаде тебя молит.

Гамашев. Жанр твоего повествования – невеселая сексуальная сказка.

Чургонцев. Художественно я не одарен, однако и меня прорывает. Ладонь на губах… есть специалисты, которые умеют читать по губам. Но глазами! А на ощупь?

Гамашев.

Поместив пальцы на чьи-то губы?

Чургонцев. Да. Под силу ли кому-нибудь определить, о чем говорит тот, чьи шевелящиеся губы находятся у него под пальцами?

Погребной. А уши?

Чургонцев. Какие уши?

Погребной. Уши специалиста. Если в уши ему ничего не вставить, он будет слышать, о чем ему говорят.

Чургонцев. Можно дать указание говорить про себя.

Погребной. При разговоре не вслух движения губ куда слабее. Нет, разговаривая про себя, содержательно не выскажешься.

Я с женой сегодня попробую… прикрою ладонью ей рот и попрошу ее беззвучно мне сказать, кто же я для нее. Пуп земли? По вибрациям губ, похоже, выходит что он…

Чургонцев. Очевидность недостаточная.

Погребной. Смотрит она на меня преданно. Советуете не обольщаться?

Гамашев. В напряжении она тебя еще подержит. О предмете ее воздыханий она тебе когда-либо не проговаривалась? Если он кто-то из телевизора, тебе тревожиться незачем.

Погребной. Вороша прошлое, я вспоминаю фильм о море…

Чургонцев.

С раздувшимися трупами?

Погребной. Они-то в кадре не плавали, а рельефный актеришко бронзовым телом волны пенил. Втыкался в них без доски. Картина, по-моему, американская.

Гамашев. Для какой возрастной группы?

Погребной. Отрываний голов в ней не происходило. Эпизод с инцестом присутствовал, но решен он был драматично – случившееся под покровом ночи в узкой постели никому не понравилось.

Чургонцев. Ни персонажам, ни зрителям?

Погребной. В заброшенную прибрежную хижину вселился старшеклассник.

К нему с уговорами не уходить из школы приехала его родная тетя. Покоя она ему не давала, и он задумал ее вытолкать. Толкнул ее в грудь – она повалилась. Взметнула ноги! Он и груди коснулся, и между ног чего-то углядел – наклонился к ней уже на взводе, но основным у него беспокойство о ее здоровье было. Поведи себя она взвешенно, он бы одежду на ней не порвал.

Чургонцев. Тетя взглянула на него плотоядно?

Погребной.