Некрасивая

Так учила меня моя мамочка, когда отдавала сюда, так я и должна поступать. Не сердитесь же на меня, душка, будьте моим другом, как и все мои одноклассницы. И перейдем на «ты» – это быстрее сближает. Хочешь?

Ее милое личико приблизилось к моему, лучистые глазки сияли, рука, протянутая ко мне, ждала моей… Я пожала худенькие пальцы Мурки, поцеловала ее и с легким вздохом проговорила:

– Спасибо вам… То есть я хотела сказать – тебе, и… Спасибо большое… Ты…

Но мне не пришлось закончить фразу.

Где-то заливисто и звонко зазвенел колокольчик. Сначала далеко, потом ближе, еще ближе… Совсем рядом в коридоре…

– Звонок к обеду, надо идти. Ты не сердишься на меня? – живо произнесла моя собеседница, машинальным жестом поправляя и без того гладко причесанные на ее головке волосы.

– Конечно, нет! – с усилием, стараясь казаться совсем спокойной, проговорила я.

Однако сердце наполнялось какой-то мне самой непонятной грустью, точно я чувствовала, что эта милая, так крепко полюбившаяся мне девочка не может никогда тесно и дружно сойтись со мной.

С этим тяжелым чувством я вышла из спальни и направилась в столовую рука об руку с Муркой.

Глава VI. Мне объявлена война

– Шпионка! Доносчица! Девочки! Смотрите, душки, шпионка пришла! – услышала я смутный шепот трех десятков голосов, едва успев переступить порог огромной сводчатой комнаты с двумя рядами белых колонн, между которыми стояло несколько десятков столов, накрытых для обеда.

За столами сидели три сотни воспитанниц, распределенные по классам. У каждого класса было по три-четыре «своих» стола, за которыми девочек рассаживали по личному усмотрению классной дамы. Старшие классы помещались ближе к входным дверям столовой, младшие классы сидели почти у самой буфетной и кухни, отделенной от столовой, помимо стены, еще и высокой перегородкой из ясеневого дерева, посреди которой находилась икона Спасителя, благословляющего детей, с теплящейся перед ней день и ночь лампадой.

– Вот видишь, я не ошиблась! – шепнула мне Мурка, и ее лучистые глазки с беспомощным выражением растерянности устремились к тому столу, откуда слышался зловещий шепот. – Вот видишь, история с Аннибал настроила против тебя класс! Однако не отчаивайся, я постараюсь выгородить тебя как умею.

Моя рука, лежавшая в руке Вали, дрогнула. Я боялась понять значение тех слов, которые доносились со всех сторон.