Удивительные зигзаги любви

Ведь из-за плотного графика работы она редко виделась с детьми. Так что, не было бы счастья, да несчастье помогло.

А как всё красиво начиналось! Мы учились с ней в католическом интернате. Она была с 1935 года рождения и я – тоже. Её там не очень жаловали. Её подругой была только я одна. Она много фантазировала, её за это все терпеть не могли. Но я её понимала и любила. На праздники нас отпускали домой. По сути, Роми была никому не нужна. Отец с матерью развелись. Мать – киноактриса Магда – всегда на съёмках фильмов, отец, тоже артист, занят, к тому же, завёл другую семью.

Поэтому ехать было ей некуда, она уезжала или к своей бабушке, или со мной, к моим родителям. Но, возвращаясь, утверждала, что была у папы, хотя девочки знали, её папа – в отъезде. И все безжалостно смеялись над бедняжкой. Я одна не смеялась, понимала, она не лгунья, а фантазёрка. Она была такая добрая, чистая и наивная, что сразу мне приглянулась, я её полюбила. Чтобы иметь друга – надо самому быть для него другом. Мы это поняли, стали подругами – не разлей вода. Старались давать друг другу и брать, тоже без всякого расчёта! Она – красивая, я – страшненькая! Но это не смущало. Чтобы нас поссорить, мне часто наговаривали на неё – она дружит со мной, чтобы ярче выделяться на моём сером фоне. Я не вникала в эту болтовню, видела её душу и понимала – Роми не способна на гадости. Но иногда наш покой и равновесие нарушались. Роми вдруг начинала жаловаться мне на свою внешность. Она сквозь слёзы сетовала на свои толстенькие щёчки, узкие глазки, приземистую фигуру. Я слушала всю эту нелепицу и успокаивала её: – Ты красивая! У тебя благородное, нежное, одухотворённое, лицо, очень стройная фигурка! – Кстати сказать, она оставалась такой до самого конца. Имела яркую, неповторимую внешность. Итак, я утешала её, а она вновь мне всё это повторяла. И однажды, не выдержав, я громко разрыдалась. Она успокаивала, спрашивала – почему я плачу? Я долго ничего не отвечала, задыхаясь от слёз. Наконец жалобно простонала:

– Если ты, такая миловидная, жалуешься на свою внешность, то, что же делать мне, бедняжке? Ведь я просто ужасна! Глазки узкие, как у китаянки, волосы, словно конская грива, лицо, круглое, как яблоко.

Как же жить с такой внешностью?! Меня никто не полюбит и замуж не возьмёт! – расходилась я в самобичевании. Успокоить она меня долго не могла. После этого Роми уже не высказывала мне недовольства своей внешностью, и потихоньку копила деньги для меня, на пластическую операцию.