Второй и Первая

Мы вышли в море после обеда. Отошли на несколько километров от города и бросили якорь. Я закупил продукты, Пашка запасся спиртным. Пока я готовил праздничный ужин, получая от этого какое-то странное, извращенное удовольствие, девчонки валялись на шезлонгах, а женишок готовил сюрприз.

– Может, все же сделаешь ей предложение наедине? – попытался образумить я его, когда он в очередной раз спустился ко мне на кухню. Он носился как угорелый по моему маленькому судну, раскладывая цветы, обрывая лепестки с роз, пряча подарки и шампанское в их каюте.

 – Мне что-то не хочется слушать этот бред, – добавил я холодно. – Ты же знаешь, как я отношусь к браку.

Павел задумался.

– После ужина мы уйдем с Ольгой вниз, оставим вас наверху, – продолжил я, помешивая соус. Большинство блюд я привез готовыми из ресторана, но с салатами и соусом нужно было повозиться.

– Ладно, – кивнул он. – Ты, как всегда, прав. Тишина, звезды, ночной город вдалеке… Круто! – И, уже уходя, заметил: – Хреново выглядишь, друг. С тобой все в порядке?

– Неприятности на работе, подрядчики срывают дату открытия ресторана, никак не могут доделать ремонт.

Не бери в голову, – отмахнулся небрежно я.

– А… Ну, ок. А то я смотрю, похудел вроде…

– Иди уже, женишок. – Я шутливо пихнул его в спину.

Пашка весело подмигнул и полез по лестнице, а я тихо выдохнул, боясь, что не переживу этот вечер. А впереди еще свадьба. Может, сломать ногу? Полежу в больничке, отдохну…

Ужин прошел даже лучше, чем я планировал. Ника почти все время молчала.

Или догадывалась, что последует за ужином, или стеснялась меня с Ольгой? Боялась моих насмешек или уверенной в себе красавицы, сидящей напротив нее в коротеньком модельном платье, открывающем бесконечно длинные ноги?

Поддерживала разговор Оля, за что я ей был искренне благодарен. Надо будет не забыть подарить ей что-нибудь из ювелирного магазина. Она меня здорово выручила, истинно женским чутьем понимая, что нужно делать. Не переходя границу, она брала меня под руку, легко целовала в щеку, ерошила волосы, шутила и смеялась, протягивая мне кусочки фруктов.

Со стороны мы казались настоящей парой. Что творилось внутри, оставалось тайной.

В этот раз я не мучил Нику насмешками и завуалированными оскорблениями. Я устал от всего этого. Устал избегать ее, устал смотреть в сторону. Устал прятать любовь за сарказмом и пренебрежением.

Как же мне хотелось хоть раз сказать ей, какая она красивая. Как сияют ее глаза, устремленные в небо.