Иерусалимский синдром

Вольтуччи и Паскуэлина встают из-за стола. Секундами спустя то же самое делают Луболо и Флориэна.

Луболо. Ух и оторвемся мы напоследок! Не остановимся пока не остановят! Отдадим все, что осталось!

Флориэна. Будет весело?

Джокетто. Еще бы, девочка, другого не держим. Понеслась!!!

По сигналу Джокетто трубач Баллоне начинает играть громче и быстрее. У него получается – все глубоко вдыхают и пускаются в пляс. Кто как умеет: Джокетто пританцовывает, играя на гитаре, Вольтуччи и Паскуэлина поначалу танцуют вместе, затем расходятся, разбегаются и снова сходятся, Луболо и Флориэна в основном танцуют по одиночке; иногда все танцующие создают какое-то подобие хоровода.

Во время танца занавес закрывается.

Некоторое время музыка по-прежнему слышна. Потом раздается страшной силы взрыв.

Конец.

«Спасители»

Действие первое.

Серое одноцветье, скучная гладь, шорохи, скрипы – от шагов одного единственного существа: в центре сцены находится внушительный вентиль и вокруг него в одиночестве прогуливается Павел.

Медленно, степенно, угрюмо – предоставляя мирозданию идти своим чередом.

Спустя какое-то время из недр тумана появляется Петр. Останавливается, хрустит шеей, скрещивает руки; на обоих партнерах серебристые поношенные саваны, пыльные сандалии, красные носки; у Петра выпуклые глаза, мощные плечи, приподнятая бровь; у Павла выгоревшие волосы и слегка затронутое оспой лицо. На первый взгляд их внешность можно охарактеризовать, как изнуренную. Более детальное всматривание оценку едва ли изменит.

Петр. Зачем звал, Савл? Пошвыряться камнями, в названия галактик поиграть?

Павел. Посоветоваться надо. Обменяться мнениями и непременно ими сойтись.

Петр. Мало ли что кому надо… вростая по пояс в нездоровое воодушевление. С раздраженным сопением под обрушившимся куполом цирка. Почему здесь?

Павел. Для удобства. Если мы примем решение, то сразу же его и исполним. Лупанем нашей правотой по этим марионеточным канальям…

Петр. Ты, насколько я понимаю, опять об этом.

Что теперь у них там случилось? Глобальное потепление? Похолодание? Ядерная война?

Павел. В том-то и дело, что ничего. В который раз… не знаю, как тебе, но мне ждать уже надоело. Под самую завязку… я предлагаю покончить с этим сейчас же. Начать и кончить.

Петр. К чему эта спешка?

Павел. Спешка?! Ты, Симон, с мозгов-то пыль смахни. Ты ими редко пользуешься, вот они у тебя и барахлят. Спешка… Сколько лет мы присматриваем за этой планетой?

Петр.