На смерть Цины

Иные где – избыт земной удел,

Теперь туда преложные дороги,

Но будет о печальном, разглядел

Нас ангел милый, боги наши, боги,

Любил так речь, с поправкою – мои

(О Богах), бедный гений романтизма,

Писания чудесные свои

С канонами сверяя артистизма,

Пленительный, им дарованный мир

Блистает и магическою сенью

Прельщает книгочеев, а кумир,

Узнав пути к душевному спасенью,

Быть может, с ангелками от небес

Шафрановых клонится и нисана

Земного негу пьет, какой там бес

Мешать ему посмеет, выше сана

Честного сочинителя трудов,

Берущих за примеры архивисток

Сиреневые томы и плодов

Раздумий духовидческих (вот исток

Правдивой беспристрастности) златой

И щедрый урожай, почетней чина

Такого нет, мы вторим, и в святой

Парафии небесной, а причина

Всеместного наличия дурных

По вкусу и искусству исполненья

Художественных опусов иных

Оценок ждет, пустые сочиненья

Восходят сорняками, Генрих мой,

Всегда лишь на невежественной ниве,

Их легче сбрызнуть ядом, черемой

Бесовской потравить, одно к оливе

Эллинской будут взоры тех витий,

Злокнижников, латентных фарисеев

Стремится, даже пение литий

Их вряд ли остановит, элисеев

Повсюду сим являются поля

И проще в небоцарствие верблюда

Обманом завести, чем короля

Безумного и голого от блуда,

Точней, от словоблудия в наряд

Реальности одеть, наш карбонарий

Логический взорвет с усмешкой ряд

И выведет на сцену вечных парий,

Каких театр истории не знал

И знать не хочет зритель искушенный,

Мессий таких ленивый не пинал

Икающий Зоил умалишенный,

В превратном смысле музы ученик

И будет длить процесс, еще миражи

Творя беспечно, фрейдовский сонник

Листая иль чудесные тиражи

Кудесников словесных, аонид

Тождественных искусств других любимцев,

От коих экстатический флюид

Веками излиется, лихоимцев

Таких, а все равны как на подбор,

Уж лучше минуть, общества гражданство

Досель не просвещенное, убор

Когда-нибудь увидит, вольтерьянство

Плебейское в письме их различит,

Козлиные пергаменты преявит

И Левия Матвея разлучит

С паркером современным, пусть забавит

Лжецов себе подобных, пусть еще,

Свое макулатурные тарусы

На свет влачит, не дышит горячо

В затылок царский, благостные русы

Тому примеров мало знали, счет

Вести их смысла нет, лжецов оставим,

Черма с метлой ли гоев совлечет

Иродствующих туне, не преста