Повести и рассказы. Проза XXI века

– Как его самочувствие? – спросил Браун.

– Будет жить. Есть все основания.

– Спасибо, – ответил Браун и опустил трубку. – Ну вот, наконец-то обозначилась определённость. Значит, принимаем второй вариант.

Вновь зазвонил телефон.

– Браун.

– Какие новости?

– Отозвался ожидаемый эксперт.

– И что?

– На первое место выходит второй вариант.

– Значит, Жорж Кондратюк?

– Да, господин генерал. Выходит, что принимаем расчёты Жоржа Кондратюка.

– Ну, что ж, поздравьте этого русского.

– Да, поздравлять то уже некого.

– То есть?

– Да умер он. Семнадцать лет назад.

– От чего?

– Цирроз печени.

– Чисто русская болезнь. Что ж, поставьте ему на могилу по русскому обычаю бутылку русской водки или хотя бы виски.

– Непременно, господин генерал. По такому случаю я поставил бы не только бутылку виски, но и пять бутылок самого лучшего французского коньяка, если б только был уверен, что он тот, за кого себя выдавал.

– Что вы имеете ввиду, Вернер?

– Да в том то и дело, что за несколько лет нашего с ним знакомства, меня всегда преследовало подозрение, что он выдавал себя за того, кем на самом деле не был.

– Неужели агент?

– Вряд ли, ведь он был из военнопленных. К нам на завод в Пенемюнде он попал из Бухенвальда.

Глава 2

Остров Узедом, Пенемюнде,

Завод по производству ФАУ «Дора»

Октябрь 1942

В кабинет руководителя предприятия вошёл помощник гауптман СС. Он щелкнул каблуками, вскинул руку в нацистском приветствии и доложил:

– Господин штурмбанфюрер, поступило донесение из администрации концлагеря «Дора-Миттельбау».

– Ну что там ещё, Зандер? Читайте.

– «Господину штурмбанфюреру СС Вернеру фон Брауну. От начальника концлагеря „Бухенвальд“. Один из военнопленных назвался инженером-конструктором и сопроводил своё заявление авторской брошюрой и тетрадью с черновыми записями», – Гауптман положил рядом с письмом брошюру и тетрадь.

Глава предприятия и генеральный конструктор оружия возмездия «Вундерваффе» тридцатилетний штурмбанфюрер Вернер фон Браун с лёгкой тенью брезгливости взял в руки брошюру, оглядел её.

Неторопливо раскрыл её и принялся перелистывать. Выражение его лица изменялось с каждой страницей. Русского языка он не понимал, но математике и чертежам его уже учить не надо, в них он разбирался прекрасно. Перелистав брошюру, он поднял глаза на помощника.

– Передайте Ранке, чтобы этого военнопленного доставили сюда.