Только ты знаешь дорогу к небу!

Малышка вздрогнула и ещё крепче взяла меня за руку. Ладошка была тёплой и влажной. Как такое может быть?

Я задавала себе вопросы один за другим и не могла дать ни одного ответа.

Если мы умерли, то почему мы живы? Почему кровь всё ещё течёт по нашим венам? Почему мы дышим и разговариваем? Почему идём куда-то, спотыкаясь и падая об острые пыльные камни?

Медленно, но мы приближались к краю плато. Оно было неровным и осыпалось вниз едкой пылью, обнажая курчавые корни некогда могучих деревьев, которых уже не было видно на поверхности.

Мы встали на четвереньки и последние метры к краю продвигались именно так, боясь провалиться вниз. Момент «икс» настал, и мы заглянули за край.

Все ожидали увидеть землю с птичьего полёта или адское пламя подземного царства, но то, что открылось нашему взору, настолько удивило нас, что мы даже вздрогнули. Земля под нами затряслась, и вниз упало несколько больших камней.

Там, внизу, совсем близко, так близко, что можно было разглядеть все детали, лежала наша искореженная машина, объятая языками пламени.

Жар доходил даже до нас. То и дело что-то взрывалось и шипело. Очевидцы столпились поодаль, живо обсуждая страшную трагедию. Мы слышали обрывки фраз вроде: «Целая семья погибла!» или «Какая страшная смерть!». Подъехала карета «скорой помощи», и доктор, взглянув на бушующее пламя, стал отзваниваться в центр о том, что его помощь здесь уже не нужна и чтобы те прислали «труповозку».

– Мама, неужели там мы? Мы сгорели? – хором спросили дети.

Я не знала, что им ответить. Вероятней всего, мы сгорели в той машине на глазах всей этой толпы, но тогда каким образом мы наблюдаем за всем этим и чувствуем себя почти прекрасно, несмотря на бледный вид и запылённую одежду? У меня не было никакой уверенности, что мы умерли, напротив, мне всё больше стало казаться, что эта история куда более запутанная, чем я думала.

Моя богатая фантазия напомнила мне о существовании неземных цивилизаций и о летающих тарелках, ворующих землян для своих научных экспериментов, и ещё массу всяких других малонаучных предположений, но детям я сказала совсем другие слова.

– Мои дорогие дети, с нами произошло что-то, в чём мы пока не можем разобраться, но главное, что мы – вместе, а это вселяет в нас надежду на будущее. Ведь так?

– Да, мамочка, ты можешь запутать кого угодно! – усмехнулся сын и нежно обнял меня за шею.