Когда они придут

Да уж, сколько всего нам тогда на вручении аттестатов хорошего наговорили. И про веру в себя, и про наше светлое будущее. Но особенно запомнилось мне про мечту и детство. Хотя это точно не про нас, это про тех, у которых в детстве было детство, а не как у нас.

Так что мечта мечтой, а все случилось так, как получилось. Просто наш директор был давним знакомым директора этого технаря, вот он всех детдомовских и пихал сюда, с глаз долой. Только вот почему-то выпускается отсюда наших раз, два и все. Куда остальные деваются по дороге к мечте, было непонятно.

Да и вообще, что такое автоматические линии, что за оборудование? Тайна, покрытая мраком, вот что это такое, хорошо, если на выходе не будем доски таскать или вагоны разгружать. Хотя лично мне что-нибудь грузить или разгружать в ближайшее время точно придется. Если, конечно, найду какую-нибудь подходящую шабашку. А найти бы надо. Потому что, во-первых, надо что-то кушать, во-вторых, брюки себе новые купить хочу. Может джинсы какие-нибудь, не фирменные, конечно, но чтобы вполне приличные были. Весной-то всем выпускникам в детдоме выдавали новые костюмы, но штаны от них я уже затаскал и в одном месте даже порвал. Потом случайно в пакете, который нам раздали в детдоме на выписке, нашел катушку ниток с иголкой. Сам дырку зашил, но получилось немного коряво. И хотя шва даже особо не было видно, но вид у штанов был уже не тот. Короче, мне нужны новые штаны.

Учеба началась как-то внезапно. Сначала даже стало непонятно, что это была она.

Второго сентября одуревший от недельной разгрузки фур в ближнем к общаге продуктовом магазине, я с недоумением смотрел на пухлого мужчину в круглых очках, который с важным видом стоял впереди строя преподавателей. Им оказался директор нашего училища. Сложив руки на внушительном животике, он уже минут десять вещал перед строем первокурсников о важности учебы и о том, какое хорошее образование мы получим. Ну да, детство, мечта, космонавты. По-моему, никому она особо была не нужна, эта учеба. Потом, уже проучившись здесь какое-то время, я понял, что это такая общая игра. Все ребята делали вид, что учатся, а преподаватели делали вид, что их учат. По крайней мере, шеренге первокурсников были совершенно до фонаря махания руками директора, которыми он сопровождал свои лозунги. Но надо отдать ему должное, говорил он напористо и красиво. Если бы я сейчас на него не смотрел, точно бы подумал, что он свою речь с броневика толкает.