Наследие

Почувствовав сытость, Николай встал из-за стола и направился к своему деревянному другу, который спокойно и молчаливо дожидался в другом краю комнаты, там, где кухня плавно переходила в прихожую. Сделав несколько шагов, он остановился у журнального столика и слегка развернул плафон лампы в сторону шкафа, так, чтобы свет как можно глубже пробрался в глубину комнаты. «Так намного лучше», – подумал он и, подойдя к шкафу, в этот раз без раздумий и чувства страха, широко распахнул его мрачные массивные двери, застыв на мгновение, он бросил взгляд в глубину шкафа, это было то самое нежно-голубое мамино пальто.

«Береги его, – Николай провел рукой по шкафу как будто по плечу товарища, – оно частичка тебя».

Николай попытался вспомнить когда в последний раз он видел маму в этом пальто. В голове прокручивались тысячи моментов, каждый из которых был по-своему прекрасен. Он взял пальто в руки и присев на колени, держал пальто перед собой.

– Это был тот самый день, когда ты нас оставил, – произнес Николай с закрытыми глазами.

 – Она больше ни разу его не надела, с того самого дня она носила мрачное, серое пальто, она больше не была такой счастливой, слышишь, ты унёс с собой ее сердце, в ту самую ночную пустоту, в которой ты исчез.

Крупные слезы падали на нежное, мамино пальто, которое уже насквозь было пропитано солеными слезами. Николай крепко прижал пальто к груди.

– Почему, почему он ушел?

Этот вопрос, казалось, за все эти годы стал частью Николая. Он поднялся с колен и дрожащими руками повесил пальто обратно, рядом с тем самым серым мрачным пальто.

Они всегда висели рядом, как бы олицетворяя жизнь этого дома до и после, символ счастья и пустоты. Николай достал из кармана платок и, вытирая слезы, направился в другую комнату. Он застыл в дверном проеме, пытаясь нащупать выключатель, который должен был находиться где-то по правую руку. Большая хрустальная люстра, которая расположилась где-то под потолком, наполнила светом просторную комнату.

Николай внимательно всматривался в старинные деревянные часы, которые расположились на стене напротив массивной резной кровати, на спинках которой красовались скрытые гладкими слоями лака с насыщенным ореховым оттенком крупные кленовые листья.

Стрелки часов уже давно перевалили за полночь. «Надо хотя бы попытаться», – подумал Николай. Аккуратно повесив брюки на спинку стула и выключив свет, он лег на кровать, накрывшись плотным стеганым одеялом.