Мой дом

Меня отвезли в больницу, где зашили рану, и уже на следующий день я гордо сиял белыми бинтами, практически не хуже Чапаева.

Третью квартиру занимали учителя. Интеллигентные люди, выходцы с Урала. У них были не менее замечательные дети, Саша и Оля. Саша был едва ли не самым серьезным во дворе, посещал секцию бокса, учился на отлично и вообще был, во всех отношениях, положительным персонажем. За это его не любили дети из пролетарских семей. Они во всем конкурировали с ним и при всяком удобном случае подставляли, как могли, неизменно издевались при каждом удобно случае.

В общем, наше положение было во многом схожим, и, если бы не разница в возрасте, мы точно объединились с ним в замечательный тандем. С Олей нас разделял целый год. Это катастрофическая разница в возрасте. Во дворе были дети максимум на год старше нас, остальные были старше на четыре и более года, а это уже ничем не заполненная пропасть. Младших на год-два мы еще признавали в своей стайке, но меньших с нами не было. И вот, в то время как вся наша диетическая группа щеголяла в босоножках с весны по позднюю осень, Оля выходит во двор в ботинках! Каким же было наше безутешное горе, поскольку до минимального размера ботинок наши ноги просто не доросли. В этом случае год разницы представлял целую вечность. Оля, кроме всего прочего, каждый день делала гимнастику под присмотром кого-то из родителей. Часто семья уезжала на север области, к озерам, и возвращается с румяными щеками и рюкзаками, полными рыбы. Это разделяло двор еще больше, поскольку остальная масса просто пробухивала выходные, а эти путешествовали своей идеальной семьей, создавая почву для пересудов.

В четвертой квартире жил еще один учитель, он был одинок, воспитывал сына и подолгу отсутствовал в каких-то командировках. Сын Коля потерял мать во время родов, вызывал у сверстников жалость, не смотря на свое не пролетарское происхождение, и принимался на равных в любых компаниях.

В пятой жила семья, успешно выскочившая из голодной деревни.

Дядя Коля работает на шахте лесогоном, что означало, что работать забойщиком у него кишка была тонка. Да и этого было для него, деревенского парня, довольно смело. Тетя Валя работала кассиром в каком-то ЖЭКе. Дети, Юрка и Светка, оставались частью прослойки между интеллигентной и пролетарской составляющими населения дома. Иногда они, оторванные от привычного крестьянского уклада, примыкали к одним компаниям, иногда к другим. Так они и болтались впоследствии.