Трезвая Сибирь

Византия, не имея шансов победить русские дружины в открытом бою, натравливала на Русь то венгров (897 г.), то печенегов (915 г.), то болгар (969).

Показателен в этом плане 558 год, когда несметная сила разных славянских племен перешла Дунай и направилась прямо на Царьград. Опасность для города была столь велика, что на защиту города было брошено не только войско, но и все горожане, и даже крестьяне близ лежащих сел. Но едва ли и это спасло бы город, если бы не деньги и не хитрость византийского вождя Велизария.

«После этого случая, чуть не окончившегося захватом Константинополя, – читаем мы в книге Александра Нечволодова «Сказания о Русской Земле», – Юстиниан принял все меры, чтобы подобного нашествия не повторялось. Для этого он решил жестоко рассорить между собой Славян, а затем навести на ослабленных противников еще нового врага.

Все это вполне удалось Юстиниану» [8].

Однако самый блестящий ход удалось сделать грекам несколько столетий спустя. Оказывается, самый лучший способ рассорить людей – это прийти в чужой монастырь со своим уставом: в 988 году Русь подвергается насильственной христианизации, которую греки проводили руками сына еврейки, руками киевского князя Владимира.

Крещением славян греки убивали двух зайцев одновременно:

1. на Руси посеян раздор на почве религиозных представлений и

2.

Русь попала в духовную зависимость от Византийской империи.

Вот с какой целью сразу же после крещения Руси на Русь хлынула иноземная орда служителей культа. Вот почему за последующих два столетия из 21 митрополита, занимавших киевскую кафедру, только двое – Илларион и Климент – были русскими.

Успешная оккупация территорий всегда начинается с оккупации сознания людей, на ней живущих.

Об этом прекрасно знал и византийский патриарх Фотий, сказавший после очередного успешного нападения русского флота на Константинополь в 860 году: «Народу возлюбленному и богоизбранному (теперь это уже были греки) не должно надеяться на крепость рук своих, величаться силою мышц своих, опираться на запасные оружия, а надобно овладеть… и господствовать над русскими с помощью всевышнего» [9].