4 | Последнее

Спокойный рассвет из стекла

шепнул: «а теперь – на Судак»

Он словно ноябрьский лист

готов был сорваться в полет.

Устал мой поникший пилот

от этих ненужных невзгод:

ведь он не ишак, а артист,

ему даже рот впроворот.

Они, что сидят по домам,

читают «МК» и «Еще»,

жену награждают лещом.

Их заняты руки в ночи

собой. Их унылый роман

затерт, что твои калачи.

    25 марта 1995 г., на чемоданах

Ялта

виноградник вязью на фарси

исписал неровности на склоне

с круч срываются рассветы и дожди

и стоят куэсты как в дозоре

Ялта город чисто мусульманский

оскверненный христианским пьянством

одноженством щами по-уральски

СНИПами и прочим урбанизмом

по крутой почти отвесной стенке

к дому движется усталый и последний

управляемый далекими мирами

алканавт-булдыга-луноход

не блестит исламом полумесяц

с минарета тенора не слышно

да и нет здесь больше минарета

нет сераля евнухов гаремов

понапрасну расточают лавры

знойный запах пряного кебаба

горечь миндаля синильным ядом

не мешается с истомой хны и басмы

гордого гяура-генуэзца

грека хитрого хитрее караима

отдаленного потомка готтов

или из хазар кого – не встретишь

здесь живут теперь простые люди

грязь белья у каждого балкона

ненароком выносимый мусор

в трубах звуки замещающие струи

алкоголик вместо муэдзина

совершив намаз на тротуаре

удивляется асфальту словно чуду

и блюет под аромат магнолий

Ялта как укор и месть исламу

мини-третий Рим Анти-Стамбулом

ты стоишь напротив Ай-Софии

язвенная потная шальная

    29 апреля 1995г.

Мост через Вуоксу

Мосты соединяют,

мосты разъединяют,

мосты живут и дышат

и сами по себе.

Они висят в пространстве,

во временах и странах,

контрастные природе,

ненужные судьбе.

Мосты – это контакты

меж берегами братства,

мосты – константы судеб,

конструкторы путей.

Кружатся бельмы чаек,

стучат доской машины,

шуршат прибой и стрежень,

мигает светофор.

А я сижу на дзоте,

простреливаю взглядом

очарованье ночи

и саван бытия.

Мой мост, мой красный посох.

Тори мой путь отсюда,

из этого чужого

в чужое никуда.

Березовые сосны,

плакучие малины,

обструганные доски,

бурлящий водоскат.

Немые калевалы,

неслыханные мифы,

дождей седых стенанья,

рассветов благодать.

Взойду на мост ажурный,

горящий от заката.