Сказочный ларец твоей души. Для тех, кто вырос, но верит в чудеса

Начала увлеченно рассказывать о своих планах: о том, как они с супругом построят гнездышко, как вылупятся птенцы, они их научат летать и будут вместе наслаждаться солнцем, небом и бесконечным полетом.

Ласточка слушала новую знакомую, и слезки катились у нее по щекам. Она все вспомнила! Как она могла… стать курицей? Как супруг это терпел столько времени? Как она терпела?

Ей стало горько и стыдно. Она расправила крылья и рванула в небо. Ей срочно нужно было отыскать любимого и поделиться с ним: вспомнила! Она вспомнила, что в ее жизни самое важное!

Он коснулся ее крыла и рванул к гнезду.

Впереди еще так много интересного: научить детей летать, всем вместе отправиться в теплые края – свить там новое, еще более уютное гнездышко, чтобы прожить зиму в тепле и полете, в любви и свободе – так, как им предназначено.

Потрясающе бездонное небо дарило свободу. Полет, полет! Легкое касание крыльев: рядом супруг, дети. Их всех объединяло то, ради чего стоит парить, радоваться и жить.

Только больше никаких курятников!

Место в жизни

– Арин, а зачем к тебе женщины приходят?

– У каждой свои причины, – Арина дует на чай, не пьет, а просто смотрит куда-то вдаль.

– А у тебя какие причины, чтобы они приходили?

– Откуда знаешь, что причины имею? – улыбается, подняв бровь, и снова дует и не пьет.

– Ну, не хотела бы, разве нашли бы тропку к тебе.

– Соображаешь, – снова улыбается, дует и не пьет.

Тишина. Сверчки заводят свою вечернюю перебранку, где-то вдали отчаянно орут лягушки.

– Так какие причины, а? – Кнопа настойчивая, вопросов не забывает, хоть и мала еще.

– У них или у меня? – наконец первый глоток сделан, значит, Арина готова к беседе. – Ладно, расскажу сейчас.

Поправив юбку да сняв добротные туфли на деревянных каблуках, Арина вытянула ноги на лавку.

– Понимаешь, Кноп, женщины идут, не зная причин. Они их не видят, не понимают. У них жизнь не складывается. Но это ведь не причина. Это беда уже. С бедой своей идут.

– А у тебя тоже беда?

– У меня? Нет.

– А какая самая большая у них беда?

Арина вздохнула и нахмурилась:

– Недолюбленность. От нее все беды растут. Почувствовали себя недолюбленными когда-то, а сами себя долюбить не могут. Не знают, как. В этом их беда.

– А ты их долюбливаешь?

– Не… Это скользкий путь. Им внутри любовь открыть надо, а не костыли подсовывать. Так беда их никуда не денется, а вот мне хлопот прибавится, – улыбается.

Кнопа потерла носик.