Адмирал южных морей

Палуба гребная низкая совсем, прорези над самой водой, так что их при самом слабом волнении закрывать приходится. Все гребцы на корме – нос без них. Помните, вчера ветер был приличный?

– Ну?

– Вот они под него и угодили, причем в опасных водах. Видите, обрывки канатов болтаются? С якорей их сорвало и на острые камни занесло. Как волны начали разбивать, корма осела, нос задрался. Получается, гребцы под водой оказались, а это дело не шибко полезное. Кандалы на руках и ногах, цепями, пропущенными под скамьями, все связаны, никто их особо не любит, так что освобождать не торопились.

Небось все там и остались на радость крабовому племени.

– Утонули?! – изумился Люк.

– А ты как думаешь? Уж те, кто ниже всех оказался, точно захлебнулись. А остальных, наверное, добили, не выпустив.

– И как они без гребцов плавать собрались?

– А никак. Галиот этот только с виду целый, а на самом деле днища, почитай, не осталось. Один хороший шторм – и разобьет его окончательно. Засел намертво, взгляните хорошенько: буруны над камнями и слева, и справа, и спереди, и даже сзади.

Сам не знаю, как его на самую середину рифа закинуло, но стащить уже не получится. Капкан каменный. Не иначе как в прилив дело было и на очень высокой волне. Все – нет у них больше корабля, а раз корабля нет, то и гребцы ни к чему. Матийцы, должен признать, народ не без странностей, но понимать должны, что в этих местах держать под рукой свору пленных демов и злостных душегубов – затея не слишком толковая. Корми их, пои, охраняй. И зачем? Надо будет – еще наловят. Это хорошего в мире маловато, а такого дерьма хоть двумя ведрами черпай.

Попугай, пристроившийся на ветке ближайшего куста, завистливо произнес:

– Я вижу, эти разгильдяи там пьют что-то интересное. Трактирщик, готов биться об заклад на скромные остатки чести твоей женушки, что у них пойло получше нашего будет.

– Тут ты не прав, – возразил Тук. – Обычай у них скверный – вино портить. Водой его разбавляют и пьют бурду еле-еле розовую. С одной стороны, конечно, лучше, чем просто вода, а с другой – это же глупый перевод добротного напитка.

– Сын мой, да это же гнусное святотатство! – возмутился Зеленый.

Вспомнив все то, что слышал о матийцах, я вынес вердикт:

– Они нам не враги. Надо хоть поздороваться для начала.

– Не враги, но стрельнуть могут, – заметил Тук. – Давайте медленно, спокойно спустимся. И чтобы заметили нас издали, а не в самый последний момент.

– Они и так нас видят, – неожиданно заявил Люк.