Опыты литературной инженерии. Книга 3

– Даже если до этого никогда на спиннинг не ловили, – припечатал главный геолог, – будете всю оставшуюся жизнь ловить нашего рипуса и благодарить бога за то, что сейчас про него узнали.

Главный маркшейдер задумчиво посмотрел в окно, за которым сгущались лиловые сумерки, и добавил к определению рипуса весомое слово, до того уже употребленное главным инженером:

– Силен!

– Вы его живьем видели? – надеясь услышать утвердительный ответ, задал наивный вопрос в лоб главному инженеру главный специалист министерства.

К его удивлению, главный инженер слегка замялся, не желая что-нибудь напутать на глазах у сведущих коллег:

– Ну, так вот как вас… Нет, вот так не видел. Ел, да! Вкусно. Но, так сказать, в сыром виде не видел. Как-то не пришлось.

Московский бюрократ, больше всего ценивший точность, со столичной бестактностью повернулся к главному заводиле-геологу:

– А вы?

– А что я? – изумился главный бородач. – Зачем мне его видеть? У нас его в ресторанах подают.

Идет по цене семги. Жена как-то заказывала…

Главный специалист-профессионал-бюрократ изобразил недоумение:

– Что, никто не видел этого рипуса?

– Ну, зачем вы вот так, сразу? – начал выправлять положение главный маркшейдер. – Вот кофейку попейте, пожалуйста. Толик, подай сахарку гостю.

Толик в шикарном норвежском свитере встрепенулся и уважительно передвинул кофейную жестянку ближе к гостю.

– Так как же так? – не унимался московский специалист.

 – Я что-то плохо понимаю: есть вообще на свете этот ваш рипус или его нет?

– Есть, есть! – в разноголосицу подтвердили старожилы. – Все у нас есть. Это на Березовском карьере. На тридцати восьми метрах. Живучий, гад, как кошка. Ловится на червя-выползка. Исключительно по утрам.

Точку поставил главный геолог:

– Как газель!

И сделал такое движение руками, будто бы вертел баранку грузовой «Газели».

Робот

Если вы нашли золотой самородок около реки, то совсем не значит, что на дальнем краю долины вы не найдете такой же.

Сотни тысяч лет река пересыпала песок, перемывала его тщательнейшим образом и растащила самородки так, как ей этого хотелось, далеко от коренного месторождения.

С людским драгоценным металлом происходит нечто подобное. Правда, у золотой жилы – столицы или большого города – самородков будет больше. В отличие от золота, люди способны к самостоятельному перемещению.