Опыты литературной инженерии. Книга 2

«Самур», скособочившись, медленно сбавлял ход, слегка проседая на корму.

– Аврал! – раздался голос боцмана по громкой связи. – Водяная тревога!

Загрохотали сапоги по трапам и коридорам. Экипаж занимал установленные тревогой места. Сначала Ваня не понимал ничего из происходящего. Ему показалось, что продолжаются испытания и все идет по плану. Но внезапно вспомнился странный звук турбины, и Ваня встревожился. Как инженер он понял, что такой звук не мог быть нормой. Что-то произошло. Что-то сломалось. Но что? Турбина? Почему же корабль волочит корму, как будто ему перебили хребет? Почему на лицах матросов появилась решительность и озлобление? Штурман, который остался один с Ваней на мостике, негромко сказал:

– Поплавали.

Теперь нырять будем.

Ваня непонимающе уставился на штурмана. Тот показал Ване рукой на корму. Теперь стало заметно, что корма погрузилась больше положенного, и «Самур» к тому же наклонился на правый борт. В подтверждение наблюдения, по металлической палубе со стеклянным стуком перекатилась к борту пустая пивная бутылка.

Из машинного отделения поднялся капитан. Вид его свидетельствовал о больших неприятностях. Он толкнул ногой дверь радиорубки и начал щелкать выключателями радиостанции.

– Я «Самур», я «Самур», – размеренно заговорил он в микрофон. Было понятно, что капитан сдерживается.

– Слышу вас, «Самур», – ответил голос с металлическим оттенком. – Почему на аварийной частоте?

– Даю место, – сказал капитан.

Высунулся из двери и махнул рукой штурману.

Штурман подхватил со своего столика карту и побежал к радиорубке. Капитан захлопнул дверь, и Ваня перестал слышать его голос.

На мостик тяжело взобрался «дед». Брюки до колен у него были мокрыми.

– Турбина сошла с фундамента, – тихо сказал он Ване. – Не понимаю, ведь ее на заводе на ходовых испытаниях гоняли на «полном». Да еще и на валах пошли перекосы… Шов на тридцать восьмом шпангоуте разошелся. Течь у нас, братишка. Помпы работают во всю силу. Если вода до генератора дойдет, то и помпы станут.

Старпом с ребятами внизу пытаются дырку законопатить.

– Мы можем утонуть? – спросил Ваня, удивляясь своей выдержке.

– Мы-то не утонем, – вздохнул «дед». – Шлюпки есть у нас, плоты. Море тихое, солнышко светит. Кто при такой благодати тонет? Корабль жалко. На полгода, не меньше, на ремонт станем. Только из колыбели и чуть ли не в гроб!

Открылась дверь радиорубки. Капитан, с лицом краснее свеклы, быстро прошел в ходовую рубку.