Дебильный псих

За парковкой следовала дорожная развилка и высокий паребрик. Тут начинался жилой квартал. Впереди домов находилось невысокое, каменное здание-кафе «Аристократ». И вывеска сияла прямо яркая и задорная. Лампочки маленькие мелькали разноцветные. И давали особый эффект. И подчёркивали контур баннера. Стены из монолитного стекла ловили много бликов. За ними мелькали редкие фигуры. На улице имелась широкая открытая веранда. Здесь стояли пластиковые белые столики и стулья. И под каждым набором мебели большой, разноцветный зонтик.

И плотная ткань чудно пульсировала от лёгкого дуновения ветерка. И тот порой давал о себе знать лихо и даже местами буйно.

Повеял тонкий ветерок. За крайним столиком уже около десяти минут восседали любители острых ощущений. И бегло переглядывались, выпивая чёрный кофе со сливками из белых чашек. Среди прочих выделялся истинный пранкер и любитель дикого драйва Алик Алиджанович Халуев. Он рослый, стройный и подтянутый. Голова овальная. Стрижка модная, короткая. Волосы тёмно-серебристые.

И виднеется небольшой ёршик. Лицо слегка загорелое. Глаза большие, цвета плазмы. И в тех скрывается оптический обман. Нос прямой, слегка острый, как у орла. Губы полные, багряного тона. Подбородок крепкий, округлый. Шея развитая. Торс рельефный слегка. Живот плоский. Руки заметно прокачены. Есть небольшие бицепсы. На правом предплечье синяя наколка. И перстень на левой руке мерцает, словно золотой. На нём сейчас плотно сидела томно-синего цвета футболка в сеточку. И номер имелся семьдесят семь на спине, как у элитного форварда баскетбольного клуба. Его низ украшали спортивные, тёмные, фирменные штаны с крутым лейблом производителя. На ногах красовались белые, весьма дорогие кроссовки с высокой подошвой. Он у него имелся комплекс по поводу роста. Ему хотелось быть выше своих одного метра семидесяти семи сантиметров. Он даже злился порой лихо. И если видел более рослых сверстников, прямо изводился. И, казалось, мог легко напасть и ударить. У него и характер дурной, взрывной и дико вольный. Родители его слегка распустили в детстве. И ему много позволялось и прощалось. Он вырос эгоистом и весьма наглым эгоистом. Он быстро полюбил лёгкие деньги. Его отец Алиджан держал несколько торговых точек. И торговал разными продуктами: и фруктами, и овощами. А ещё он промышлял недорогими шмотками. Но разорился в «нулевые». Его поставили на счётчик крутые братки. И он не смог выплатить своего рода штраф и пени. Он уехал из Москвы, чтобы не стать глупой жертвой.