Бегемот

По этой версии складывалась такая картина: Ву Ли разыграла попытку своего самоубийства, надев себе на шею уже отрезанную петлю, только для того, чтобы вытряхнуть из карманов «этого мямли и простофили» ожерелья и шпильки.

Говорят, что когда император Ы узнал о версии императрицы, то совсем не рассердился, а только рассмеялся и сам с удовольствием стал всем рассказывать об уме и хитрости Ву Ли.

Вот что вспомнила Дунь, глядя на верёвку, корзину и дерево.

Несмотря на то, что Дунь хотелось поскорее попасть к хижине Ю, ещё больше ей хотелось иметь такие же, как у Ву Ли, ожерелья и шпильки.

И она недолго думая взобралась на корзину, накинула себе на шею верёвку и крикнула:

– Мой император, от любви к вам я сейчас повешусь!

Из-за кустов гигантского далвардайского крыжовника вышел император Ы и с удивлением посмотрел на Дунь.

– Мой император, прощайте навсегда! – крикнула Дунь и оттолкнула ногой корзину.

Дунь надеялась, что она, как и Ву Ли, упадёт в объятия императора, но вместо этого упала в кучу прошлогодних листьев.

Император Ы, увидев это, только пожал плечами, повернулся к Дунь спиной и скрылся за кустами крыжовника.

Дунь ещё долго водила императора Ы по саду, но всё никак не могла выйти к хижине Ю (сойдя с тропинки, она заблудилась и теперь не знала, куда ей идти). Но этой ночью небо снова сыграло на стороне Дунь – император Ы сам заметил за деревьями свет и привёл Дунь к хижине Ю.

Они вдвоём, как зачарованные, остановились перед крошечной вертоградной хижиной: её бумажные стены были изнутри освещены огнём свечи.

Они слышали голос Ву Ли, они видели, как её тень на бумажной стене беззаботно танцевала, смеялась и пела:

Без милого дружка,

Постелька холодна,

Одеяльце заиндевело!

Юли-юли заиндевело!

Когда император Ы оторвал взгляд от танцующей на бумаге тени и повернулся к Дунь, он так пристально посмотрел ей в лицо своими вдруг потемневшими глазами, что на месте Дунь у любого придворного душа давно бы ушла в пятки, но Дунь, забывшись в своём мстительном счастье, даже не заметила этого.

Император Ы шагнул к хижине, рассёк мечом её бумажную стену и собственными глазами увидел Ву Ли в объятиях молоденького румяного вертоградаря…

Этой же ночью, минуя и розыск, и следствие, император Ы устроил суд над Ву Ли и Ю.

Дворцовая стража под личным командованием офицера Ци стояла вокруг хижины Ю, а внутри хижины вместе с императором Ы находились судьи – главный смотритель гарема Су и главный визирь Бо.