Прими – не возражай

– Пустые слова, – буркнул он себе под нос, перебегая улицу.

Оглянувшись, он увидел, как старушка всё ещё смотрит ему вслед и крестит его правой рукой.

Николай немного опоздал на встречу. Лена уже сидела за столиком с чашкой кофе. Она была именно за тем столиком, где они встретились в первый раз. Увидев Аверина, она вся вжалась в себя, как будто ожидала, что её сейчас будут бить. Лицо Лены было усталым и печальным. Николай чётко помнил план своих действий. Синяя папка была в его руках, но что-то надломилось в его душе.

Вместо прежней злобы было непонятное ощущение вины.

Аверин вспомнил, как десять лет назад на этом же месте они мечтали быть вместе вечно. Он посмотрел на измученное лицо супруги. На провалившиеся, усталые глаза, морщинки на лбу, бледные руки, нервно мнущие салфетку. Николай заметил, как она изменилась. А может она изменилась давно. Ведь, в сущности, он не замечал её все последние годы.

– Здравствуй, ты устала?

– Да, немного. Ты хотел мне что-то сказать?

– Скажи сначала ты.

– Я хотела бы забрать сына и пожить некоторое время одна.

– А как же этот? Географ.

– Да нет уже никакого географа. Это так, мечта, призрак, мираж. Выдумала себе то, чего в жизни не хватало. Ты ведь тоже был когда-то сумасшедшим инженером в потёртых брючках, – она грустно улыбнулась.

– Прости меня, что я теперь не такой.

– Да, ты теперь не такой.

– Возвращайся, если сможешь. Я очень жалею, что сейчас оказался не в силах остаться для тебя спустя годы тем, кем был раньше, – Николай почувствовал, что его будто подменили.

Он сжимал в руках синюю папку и казалось, будто разливающаяся из папки серная кислота сжигает ему руки.

– Ты какой-то другой сегодня, Коленька. Я не ожидала.

– Возвращайся. Я буду ждать тебя.

– Дай мне время, милый. Я вернусь.

– Я не тем был в жизни занят, прости. Я готов всё поменять. Готов меняться. Буду ждать тебя.

Николай вышел на набережную. Снегопад кончился. «Чтобы любовь у тебя с ней была до гробовой доски», – вспомнил он бабкины слова и швырнул синюю папку в Фонтанку.

Руки как будто освободились от тяжёлого груза. Грудь вдохнула свежий морозный воздух. Из соседнего бара доносилась музыка.

– Какой-то ты другой сегодня, Коленька, – повторил Аверин вслух слова Лены и весело зашагал к машине.

Нинка и Челентано

Серёга Чежин родился совершенно здоровым. Никаких психических отклонений в его поведении обнаружено не было.