Рогожская застава – Застава Ильича

  Служащие начинали   работу на час позже, зато сидели почти до ночи, это называлось ненормированным рабочим днем.

Я  помню , что вечером , когда все отужинав , сидели в своих комнатах ,  кухня  освобождалась. Тогда, не сговариваясь, я со Светкой, Шамилем и  Алимом  собирались  на кухне  и  делились разными историями, а то и тихо играли , пока родители не  звали нас домой , спать.

В  воскресенье    угол  Душинской  улицы и Шоссе  Энтузиастов представлял  собой толкучку  ,  барахолку , то есть блошиный   рынок , где продавали и покупали  все , что угодно.

Наш двор, несмотря на неудовольствие жильцов, особенно, женщин, превращался в примерочную, скупочную, разделочную и прочую атрибуцию спекулянтов, перекупщиков и мошенников.

Наши матери накрепко запрещали нам в это время выходить во двор. Но все действо мы наблюдали из окон кухни, а то и с крыльца, выглядывая из открытой двери.  Под нашими окнами происходили драки, обмены и обманы, воровство и всякие другие неприятности.

Вот в  одно  из  таких  воскресений  ,  после закрытия  рынка , все высыпали  во двор , наслаждаясь наступившей  тишиной и выглянувшим  солнцем. Был конец апреля, снег уже растаял, только в сараях оставались глыбы льда , которые специально складывали в углу  ,накрывая  брезентом, или  бросали в подпол, в котором хранили  продукты  и съестные  запасы.   Холодильников тогда ни у кого не было, так же, как телевизоров  и телефонов.

Запасы  продуктов  тоже были  минимальные , в основном носили туда  кастрюли с  супом  или  щами , которые  варились   в больших количествах  в  таких же непомерно  огромных  кастрюлях.  Суп и щи были основной едой в то время, потом каша или макароны, да хлеб. Масло и колбаса покупалось не более 100 -200 граммов, чтобы сразу съесть. Не помню, кто первый  увидел  между  стеной уборной и забором  ноги  лежащего на земле   мужчины.   Все засуетились, кто-то побежал через дорогу к телефону-автомату, звонить в милицию.

  Милиция со следователем   приехали быстро.  Стали опрашивать   свидетелей, но таковых не оказалось. Никто ничего не видел.  Труп   увезли.   Все еще   долго делились впечатлениями и   терялись в догадках , как это могло произойти.

Буквально через  неделю  дом  взбудоражила еще одна новость. Вернулся из тюрьмы сын   Исканцевых , Виктор .

Последний раз  он отсидел  за разбой.