Пир для избранных

Порнозаяц тащился следом, непрерывно работая языком. Но ничего толкового при этом не сообщал, лишь во всех подробностях рассказывал, как пытался напиться из лужи, но побрезговал, потому как в неё испражнилось какое-то немаленькое животное с явно нездоровым кишечником. Диагноз спутник вынес исходя исключительно из омерзительного запаха.

Ну а дальше также во всех подробностях принялся расписывать, как уже спустя пару часов готов был не только выпить ту лужу до дна, а еще и грязь из неё высосать.

Вот под такие рассказы и вышли к обширной поляне, в дальней части которой и располагался родник.

Возможно пустопорожний монолог спутника – во благо. Ибо говори тот что-то поинтереснее, Грешник мог заслушаться и потерять бдительность.

Резко скользнув за куст, потянул за собой Порнозайца:

– Тсс!

– Чё за шипение?!

– Ты за кусты глянь, – загадочно ответил Грешник. – Только аккуратнее.

И сам тут же последовал своему совету.

Серьёзные заросли сходили на нет в считанных шагах, да и особой густотой они не отличались.

А располагались там «клоны» последних жертв Грешника. То есть такие же «побеленные» дикари с раскрашенными черепами на макушках и побрякушками в волосах. Десятка два расселись вокруг родника на привал. Некоторые расслабились в теньке, не шевелились, но оружие держали под рукой, остальные столпились у воды, поочерёдно утоляя жажду.

– Это они что там делают? Пьют? – задал Порнозаяц риторический вопрос.

– Угу, – коротко ответил Грешник.

– Мою воду лакают. Ненавижу. Бро, валить их надо. Всех.

– А это ничего, что там двадцать рыл дикарей? – невесело усмехнулся Грешник.

– Почему ты этих разукрашенных дикарями назвал?

– Потому что они и есть дикари. У нас надо быть последним маньяком, чтобы череп на голове таскать, а у них это повально. Да и косметика, скажем так, простенькая. Сам всё видишь.

– Бро, а может, они просто прикалываются? Типа поиграть в индейцев захотелось.

– Не похожи они на индейцев. И на игры это тоже не похоже. Гляди, там новые подтягиваются.

Выше по склону из зарослей выбрались ещё пятеро дикарей. Причём у одного в руках допотопное фитильное ружьё – первый огнестрел, замеченный у этой братии. Из остальных двое с большими деревянными луками. Нарвись Грешник не на ту троицу, а на эту группу, вряд ли бы решился атаковать так запросто.