Прогулки по матрасу

Тогда я ещё не знала, как их связать, и просто хотела в своей голове некоторый порядок навести, а публиковать текст не собиралась. Просто в интернетский архив повесила, с надеждой, что кто-нибудь толковый прочтет и что-нибудь разумное посоветует.

ББ с недовольной миной спросил меня, чем это я занимаюсь. Я объяснила. Он милостиво объявил, что посмотрит текст, пока я схожу в магазин за покупками к ужину. В магазин я сходила, и ужин приготовила, и был он съеден, а ни одного слова про мой текст так и не было сказано.

В конце концов я не выдержала и спросила его мнение. И услышала в ответ: «А ты думаешь легко хвалить хорошую работу?!»

Мне – так легко, я и средние работы хвалю, просто в порядке поощрения. Почему бы и нет?

Второй сигнал – он же и последний – был похож скорее на ядерный взрыв, в результате которого самое слово «турбулентность» было запрещено к произнесению. Недели через две после первого сигнала, ББ решил почитать текст недописанного учебника по теории дискретной турбулентности, брошенного мною в январе как непосредственное следствие знакомства с ним.

Он ушел читать текст в гостиную, а я полистала перед сном нудный шпионский роман по-английски и заснула. Проснулась я в половине третьего ночи и обнаружила, что ББ в кровати отсутствует. Влетев в гостиную – не случилось ли чего, ведь не мальчик уже, под семьдесят – я застыла в ужасе от открывшейся моему полусонному взору картины.

ББ плакал, сидя в зеленом кожаном кресле, посреди разлетевшихся по всему полу листов моей рукописи.

В этот момент неподготовлености, чистоты и отрешенности от собственных насущных половых и желудочных надобностей, мой ББ произнес как-то очень по-детски обиженно: «Я думал, что ты просто женщина, которая занимается наукой, а ты – настоящий ученый вроде меня!»

Такие моменты быстро проходят.

Теперь по всему выходило, что вместо положенной формулы

«интеллект мужа > (больше) интеллекта жены»

имеет место совершенно неприемлемая формула

«интеллект мужа >= (больше либо равно) интеллекту жены»,

а то и хуже… Борьба с сиим отвратительным положением вещей началась немедленно и принимала иногда очень странные формы.

К примеру, однажды ночью, положив руку мне на плечо и вперив в меня свои огромные трагически-прекрасные иудейские глаза, он принялся повторять тихо и размеренно, на манер молитвы: «Ты моя жена, ты моя жена, ты моя жена....