Рай беспощадный

Хотя большинство из них работало немногим меньше мужской половины, все без исключения являлись чьей-то собственностью. В одиночку новеньким если и позволяли жить, то лишь совсем уж обделенным природой, да и то недолго – всегда находились желающие на любой, даже самый невзрачный товар.

Нет, никто никого не принуждал устраиваться парами, но если пьяный воин полезет на симпатичную новенькую, решившую, что ей здесь и в одиночку хорошо, то вмешиваться никто не станет: бесхозного имущества не бывает – бывает нераспределенное.

Вот такая новенькая и попадает в категорию нераспределенного, а ничейным не грех попользоваться. Но если у нее кто-то есть, тогда неизбежны проблемы – чужое трогать запрещено. Единственное исключение – если забираешь у должника. Так что прежде чем обзаводиться подругой, желательно рассчитаться по старым счетам – иначе может случиться всякое.

Макс крепко усвоил: чужое имущество неприкосновенно. Даже кокосы на пальмах не сами по себе растут: забери себе один – и потом станешь на один вечер боксерской грушей для Бизона.

Учитывая его спортивное земное прошлое и бычью силу… Да ну их… эти орехи…

Жора был низшим из низших – рядовой работяга. Сборщик моллюсков и дровяных водорослей, носильщик камней для бесконечно наращиваемой баррикады, копатель выгребных ям и просто «подай-принеси». За два месяца он ни на миллиметр не продвинулся выше, но почему-то не сомневался, что у него еще все впереди. Жора фонтанировал идеями, проектами, замыслами. Но, как понял Макс, руки у него росли не из того места – до успешной реализации дело не доходило.

Попытавшись выбиться в мастера, тот потратил кучу времени на какие-то фантастически уловистые западни для морских обитателей, но в итоге погряз в бесполезных недоделках. Решив научиться нырять поглубже, чтобы доставать самые жирные трофеи, так ничего и не добился. В экспедиции его тоже не любили брать по причине субтильности – он не мог тащить много груза, а хваленая выносливость там не очень котировалась.

* * *

Подняв тему своих проектов, Жора больше с нее не слезал, и в итоге Макс перестал прислушиваться к его однообразной болтовне. Думал о своем и поглядывал по сторонам, стараясь примечать все. Придется вживаться в местное общество – для этого надо понимать, чем оно живет.

Макс, удивляясь сам себе, хладнокровно запоминал имена и прозвища встреченных обитателей острова, тропинки, по которым водил его Жора, знакомя с окрестностями.