Хохол – родимый край

Приехали взрывники-военные, продолбили две лунки во льду, заложили заряд, нас всех с моста увели подальше, зажгли бикфордов шнур, и когда он догорел, произошел взрыв. Лед тронулся, льдины ударялись о двутавровую балку, мост содрогался, сильно высокий уровень воды был, такого никогда не было. Даже двутавровую балку развернуло градусов на 20—30. По реке Девице в этот год текла алая вода. Да, видно, вся земля была полита кровью. Люди брали воду в ладони и смотрели: действительно, вода изменила свой цвет. Но это было так на самом деле.

До взрыва проехал паренек верхом на лошади в сторону Староникольского. Лошадь сбросила седока и бежит в сторону моста назад одна. Народу было много на мосту, и мужики ее попытались остановить, поймать. Она с разбегу прыгнула через перила с моста против течения. Ее подхватило водой, развернуло, и она ударилась головой о двутавровую балку и ушла под мост. Выплыла из-под моста, и понесло ее по течению. А когда вынесло за пределы русла реки, она почувствовала землю и пошла в сторону домов. Увидев возвышенность, как бы островок, дошла до него, остановилась, стоит, узда на ней висит. Ребята поплыли на лодке к ней. Лошадь вела себя спокойно, они ее взяли за узду, и она шла за лодкой. Потом ее один парень привел к мосту, голова была пробита, кровоподтек. Парень, которого она сбросила, уже был на мосту. Лошадь отвели подальше от моста, посадили парня, и он уехал и больше не вернулся.

Дома, которые находились на северной стороне, попали под подтопление.

У нас был огород у реки, и туда нанесло землю. Земля стала менее клейкой, и был хороший урожай картофеля. Ледоход на реке Девице закончился, река очистилась от льда. Уровень воды начал резко снижаться, и как-то резко потеплело. Мама взяла лопату, мы вышли в огород, она воткнула ее в землю. Лопата легко вошла в землю, значит, земля оттаяла. Пора вскрывать яму, а то уже есть нечего. Зашли в сарай и начали откапывать яму. На первой лопате земля была талой, а на второй штык лопаты – чуть подмерзшей, но отламывалась кусками, и ее хорошо было выбрасывать. Убрали землю до соломы, потом мама убрала солому ржаную, появились мешки. Мама потрогала мешки – не сгнили, крепкие, и запаха плохого нет. Верхние два мешка вытащили как-то, хватило сил. Мешки были очень тяжелые, по 6 пудов, а это центнер. А два мешка, которые лежали на дне, вытаскивали частями, таскали ведрами. Мам это зерно частями разложила в разные места, подальше от людских глаз.