ЕВГЕНИЙ ОНЕГИН ПЛЮС. Откровенная поэтическая энциклопедия нашей жизни

Как он умел казаться новым,

Быть обаятельнее всех

И утончённым, и риско?вым

Изобретателем утех!

Как он любил подкрасться к крале

И соблазнить её в подвале,

В подъезде и на чердаке

За сотню баксов в кошельке!

Была бы у него машина,

Toyota или Mercedes,

От нянечек до стюардесс

На кресле заднем в два аршина

Все оказались бы они,

Лишь пальчиком он помани.

12.

Как рано мог уж он тревожить

Избранниц милых старичков,

Чтоб перечень побед умножить

За счёт таких вот дурачков!

Он так любил рога наставить,

Тихонько высмеяв, ославить

Старперов важных, но чудны?х,

Считавших, что на выходных,

Когда они в лапту играют,

Их жёны втрое младше их

В своих нарядах дорогих

Их скромно дома ожидают,

А не готовят им сюрприз,

Деля с другими свой каприз!

13.

Как он умел вдовы смиренной

Постылый одинокий час

Украсить прозой вдохновенной,

Как может только ловелас;

Рискнуть втереться к ней в доверье

И следом на её безверье

Наобещать три тома лжи

Для безутешной госпожи;

Пожить Альфонсом с нею рядом,

Её к себе приворожить,

Карман её опустошить

И после пушечным снарядом

Сбежать на поиск новых вдов,

Столь падких до красивых слов!

14.

Так резвый баловень служанки,

Ядрёный рыжий таракан,

На положенье содержанки

Живёт на кухне, как султан.

Он бродит по ножам и вилкам,

Тарелкам, чашкам и бутылкам

И весь доволен оттого,

Что там испробовал всего.

И так живёт он дни и ночи,

Толстеет, зная лишь о том,

Что надо вовремя потом

Бежать отсюда что есть мочи,

Пока хозяйская рука

Тебя не шлёпнула слегка.

15.

Бывало, он ещё в постели

И смотрит свой последний сон –

К нему посланья прилетели,

Что приглашают в унисон

Туда-сюда в столичном свете,

Где мало знают о диете,

Где будет тысяча гостей

И стол обглоданных костей.

Недолго думая, Евгений,

Отведав русский лимонад,

Идет на лёгкий променад

И предвкушает вкус солений,

Что ждут уже его в гостях,

Куда мчать надо на санях.

16.

Уж тёмно: в санки он садится,

Летит в свой модный ресторан

Повеселиться и напиться,

Коль он туда друзьями зван.

Ему несут аж на подносе,

Промытом в медном купоросе,

Нарезку шведской ветчины

Огромнейшей величины.

Он просит также помидоров,

Засо?ленных в своем соку,

И запечённую треску

Из царских прямо коридоров,

Чтобы вкуснее был обед

Кому всего лишь двадцать лет.

17.