S-T-I-K-S. Человеческий улей

За ближайшем углом обнаружилось еще одно тело, на этот раз серьезно растерзанное: кости разбросаны в радиусе нескольких метров. Шуст, резко насторожившись, тихо произнес:

– Два жмура рядом, это не очень хорошо. Сами собой в Улье толпами не мрут, помог им кто-то, и, очень может быть, серьезный, так что гляди в оба.

Карат и без того не бродил рот раззявив, а сейчас еще больше подобрался. Спутник не просто так сошел с маршрута, забравшись на крышу, он явно что-то чуял. И, по его словам, бестолковые разини в Улье долго не живут.

Сколько здесь пробыл Шуст, Карат точно не знал, но если верить отдельным обмолвкам, понятно, что далеко не первый день. Следовательно, опыт у мужика есть, так что его предчувствие не на ровном месте проявилось: что-то подозрительное приметил, и вряд ли все дело лишь в отсутствии примитивных видов зараженных.

Или он о чем-то умолчал, или сам не знает, как это словами высказать.

– Ходу, Карат. Место совсем открытое, надо быстрее добраться вон до тех деревьев.

Там дальше лесополоса удобная вдоль дороги, сможем укрыться.

До рощицы, на которую указывал Шуст, идти было около километра. До сих пор столь приличные дистанции по открытой местности они ни разу не пересекали. Но тут с укрытиями все настолько плохо, что прочие варианты продолжения маршрута еще хуже. Надо или делать рывок прямо здесь, или устраивать долгий отход с неясными перспективами.

Опытный спутник выбрал первый вариант.

До спасительных деревьев оставалось метров триста, когда Шуст, в очередной раз обернувшись, обреченно вздохнул и севшим голосом произнес:

– Ну все, Карат, нарвались мы с тобой по полной.

Вот кто здешнюю мелочь на харчи перевел.

Развернувшись, Карат уставился в сторону завода и успел увидеть, как крупная тварь ловко спрыгнула с высокого бетонного забора и, низко пригнувшись, быстро побежала в их сторону.

Карат поудобнее перехватил рукоять топора, процедил:

– Попробуй в башку попасть, а я добью.

Шуст покачал головой:

– Даже не думай.

Тут другие игры. Это тебе не бегун чахлый, а рубер не из самых последних. Он почти не похож на человека, дальше него идет только элита. Такой арбалет ему до лампочки, хрен те пластины пробьет. Ты об него топор сломаешь, а он даже не почешется.

– И что делать будем?

– Тут мы, Карат, расставаться будем.

– Не понял?

– Что непонятно? Тебе придется умирать, а мне бежать. Уж прости, но составлять тебе компанию в таком вопросе не стану.