Теку, или Испытывая жажду

Мне хотелось поделиться с ней испытанной радостью, но взрывная волна заставила очнуться от грез заоблачных далей. Прямо перед моими глазами рос ядерный гриб.

Я бросился в воду и погреб к тому берегу. Я плыл отчаянно не заметив, как надо мной засобирался шторм. От сильных порывов ветра на воде поднялись волны. Я уже не плыл – меня просто кидало из стороны в сторону. Господи, спаси меня! Да светится имя твое, да прибудет воля твоя!

– …сь! …рок!

«Что? Где ты?! Покажись! – Знакомое лицо…»

– Катись отсюда! Понарожали, мля, идиотов!

«Подожди! Я еще борюсь с течением! Что он так злится?! Нет, ты точно мне кого-то напоминаешь… – Отец Игнатий! Черт! Нужно двигать, иначе опоздаю!»

Я поспешил обратно, вверх по проспекту Карла Маркса, убегая-ковыляя от рассвирепевшего бомжа (похоже, это было его место), пройдя через Тифлисские ворота (наверное, меня унесло дальше по течению).

Дом за домом прохожу: заканчивается один, начинается другой – старинные дома отстроены еще при царе-горохе (проспект тогда назывался, кажется, Николаевским).

Они слеплены в одной исторической фактуре. Вот простой одноэтажный дом, и следующий за ним такой – между ними нет просвета; дальше – двухэтажный особняк важных господ – без просвета! И почему они дожили до наших дней? Ну каменные, наверно, вот и дожили. Но вот почему, к примеру, их не снесли большевики? Людей не щадили, а здания сохранили – правда не все: дворянские оставили, святым меньше повезло. Хотя в итоге религиозный дух оказался куда более живуч, нежели дух дворянский.

Я свернул на Крепостную Гору. Дальше бы – вверх по ступеням, мимо Казанского собора и прямиком к Солдату. Нет, на этот раз пойду по другому пути.

Я завернул налево, прошел мимо Вечного огня, оставив Собор справа, и вышел на привычный маршрут. Хе-хе! – Каков хитрец!

Кхаааа-аааа-хаааа. Пшикну сальбутамол… Сразу полегчало.

Я упал на скамейку и стал высматривать Отца Игнатия. По вторникам мы встречаемся на этом самом месте. Со стороны Карла Маркса Солдат (вообще, само место по-гидовски называется «Крепостная гора», но местные говорят просто «Солдат») был огражден видавшей виды каменной стеной.

Это все, что осталось от Ставропольской крепости, возведенной, кажется, во времена Кавказских войн с басурманами. Теперь тут была площадь и собственно сам медный Солдат, но это уже в память о совсем другой войне.

С Отцом Игнатием мы познакомились не так давно. Я гулял на Солдате, когда увидел группу парней, окруживших его.