Вечнозелёная молодость

Среди них я отметил пару известных мне наград, связанных с выполнением интернационального долга в Афганистане.

– Товарищи курсанты! – обратился к нам капитан сквозь чуть зажатые зубы, – вы находитесь на 4-й учебной заставе. Я – её начальник, капитан Камешков Александр Алексеевич. Кто-то из вас после распределения останется в моём подразделении, кого-то перебросят в другие. Но на ближайшие полгода наш учебный отряд будет вашим домом, а мы со старшиной – вашими папами и мамами. Ясно?

– Так точно, товарищ капитан! – нестройно ответили мы.

– Ну, раз ясно, тогда чешите пуп колючей проволокой! – серьёзно сказал он.

Потом до нас дошла информация, что на войне в Афганистане капитан Камешков получил контузию, оттого и разговаривал сквозь зубы. У него был свой армейский юмор, к нам он относился свысока и жёстко. Но искренне радовался, если его бойцы или застава в целом показывала по отряду приличные результаты! После распределения с каждым из нас он провёл личную беседу. Спрашивал про родителей, кто и чем занимался.

Было видно, что это опытный офицер, знающий цену коллектива.

До отбоя в казарменный туалет ходить почему-то запрещалось. Все ходили в гарнизонный. Сделанное из бетона здание метров пятнадцати длинной вмещало в себя приличное количество страждущих по большой или малой нужде. В бетонном полу зияли дырки, огороженные друг от друга небольшими, сантиметров сорок высотой, перегородками.

Мне, привыкшему к запирающейся кабинке отдельного туалета, это было настолько дико, что я терпел «до последнего»! Ну и запашок из этого строения шёл просто шедевральный, особо не засидишься, не задумаешься.

Хорошо было тем, кто курил, табак хоть как-то перебивал «ароматы»!

Однажды сержант Гаврюшин поделился с нами историей про этот туалет, произошедшей в годы его «курсантского» обучения. Один из погранцов с боевым оружием хотел присесть на гарнизонное очко по большой нужде. Да из раскрывшегося подсумка в дыру упал снаряженный магазин с патронами! Что делать? Туалет бетонный! Пришлось его разбирать.

Сняли даже бетонную плиту с очками. Краном (благо такой имелся в отряде). Выкачали все фекалии в бочку. Опустили туда «проштрафившегося» курсанта и тот в остатках пахучей «роскоши» нашёл злополучный магазин. Такая вот суровость за каждый подотчётный патрон!

На обед от казармы было идти недалеко, в строю! По территории учебного отряда можно было перемещаться только так. Одиночек и вальяжно разгуливающих солдат быстро «принимал» военный патруль.