Земли Хайтаны

Вожак вновь хлопнул по коленям:

– Ну дурак! Будешь в лесу объедками питаться, покуда тебе кишки кто-нибудь не выпустит?

– Буду, – обреченно вздохнул Антон.

Рог призадумался. Ему не хотелось терять хорошего бойца, резко ослабляя и без того невеликий отряд. Но и перебороть упрямство парня казалось невозможным. Впрочем… Идея, пришедшая ему в голову, была столь невероятной по нахальству, что он едва не расхохотался. Сдерживаясь, несколько раз хлопнул себя по коленям – это был его излюбленный жест, подходящий для многих случаев, после чего толкнул в плечо повара.

– Рог, ты чего?! – опешил Гарик.

– Ничего! Ты у нас вроде как раньше почтальоном был?

– Нет, водитель я: таксовал последние годы.

– Придурок, я не о Земле спрашивал. Ты ведь здесь одно время почтальоном бродил, пока к нам не прибился?

– Да. Работа непыльная, кормят везде, встречают хорошо… Только проблемы потом появились…

– Как же им не появиться, – хохотнул Вадим. – Мало того что прихватывал с собой все что плохо лежало, так еще и девок без спроса трахал.

Такие вещи почему-то народу не нравятся.

– Заткнись! – оборвал насмешника Рог. – Вот что, Гарик, у тебя записи сохранились?

– Да. Но не все, я большую часть бумаги в боты по холоду запихивал, им амба пришла. Но одна пачка уцелела, да и картонок несколько тоже.

– Молодец Гарик!

– А на хрена тебе эти записи?

– Идея есть… Рисковая, но веселая. Под конец неплохо бы нашего Добрыню по носу щелкнуть, а если все пройдет как надо, то и Аньку с собой прихватим.

– Это как? – оживился Антон.

Рог сделал паузу, с превосходством наблюдая, как парня все более охватывает нетерпение, после чего с расстановкой заявил:

– Дело верное, но рискованное. За это ты мне будешь очень много должен.

– Что угодно сделаю! – неистово произнес Антон. – Только помоги!

– Ладно. Слушайте сюда…

Разувшись, Олег нацепил холодные шлепанцы, подошел к печке. Как он и предполагал, угли еще тлели, не зря он с утра закинул увесистую чурку. Достав нож, быстро нарезал тонких щепок, раздул огонь, загрузил порцию мелко поколотых дровишек.

Захлопнул дверцу, а поддувало, наоборот, приоткрыл пошире. Прислушался и, лишь убедившись, что пламя загудело, снял куртку, повесил на деревянный гвоздь – меж бревен их было забито немало.

Все это Олег проделывал в полной темноте – дом свой, обстановка изучена до мелочей. Он вообще мог бы существовать без света, но вот супруга на это неспособна – пришло время позаботиться и о ней.