Лабиринт

– Ваш батюшка приуменьшал вашу красоту, когда рассказывал мне о вас. – медленно и загадочно протянул Уилсон, пронзая совсем не скромным взглядом Элизу, от чего та мгновенно вспыхнула. – Уверен, что и другие ваши достоинства столь же значительны и неоспоримы, как и ваша красота! – улыбаясь хитро, продолжил гость, чем совершенно смутил бедную Элизу.

Мистер Смит, одетый в единственный имеющийся у него выходной костюм, который дико стеснял и сковывал все его тело, стоял, боясь сделать что-либо не так. Он молча переминался с ноги на ногу, не зная, как ему следует себя вести и чувствовал себя ряженым болваном на ярмарке.

Удушающий ворот узкой рубашки, казалось, перекрыл ему кислород и мозг старика, ощущая эту нехватку, отказывался соображать. Элиза, посмотрела на него говорящим взглядом и, вспомнив о том, что хозяин в этом доме все-таки он, Смит, засуетившись, произнес то, что велела ему сказать дочь:

– Для нас большая честь принимать вас у себя, мистер Уилсон. Прошу к столу. Поужинайте с нами.

Он неловко указал рукой на накрытый стол и испуганно посмотрел на Элизу, ожидая одобрения.

– Мистер и мисс Смит, – улыбаясь, произнес Уилсон, после того как все удобно расположились за накрытым столом и подняли первый бокал вина, – Я вижу, что вы очень достойные люди и мне не хотелось бы, чтобы наше общение было каким-то слишком уж официальным. Я пришел к вам как друг и буду очень рад, если и вы будете относиться ко мне подобным же образом.

– О, мистер Уилсон, ну конечно! – облегченно выдохнув и расплываясь в улыбке, ответил Смит, – Ведь вы хороший человек, я сразу это понял. Давайте же выпьем за наше знакомство!

Подняв бокал, старик Смит бросил радостный взгляд на Элизу, как будто говоря ей: «Вот видишь, милая, я же говорил тебе! Он отличный парень!»

– Мы очень рады, что вы посетили нас, мистер Уилсон, – ласково улыбаясь и чувствуя себя немного увереннее, произнесла Элиза.

– Я решительно убежден, что мы с вами станем добрыми друзьями! – весело подытожил Уилсон и ужин продолжился.

—

– Как же я не разглядел тогда этого человека, Эдвард? Как не распознал в нем служителя дьявола? – в сотый раз обвиняя себя, произнес старик Смит, хватаясь за голову. – Ах, как он был вежлив и учтив с моей Элизой! Он вел себя как истинный джентльмен.