Мама Мирра. Повесть о доле вечной женской…

Предстоящее время перемен удивительным образом замкнулось кольцом на самом себе, словно змея, кусающая себя за хвост.

3. Время перемен

Время перемен исходит с невидимых глубин мировой души и душ человеческих, что, по сути, одно и то же.

Он был частью меня, но теперь, когда он ушел к другой, я не могу терпеть его в своей душе, я не хочу терпеть во мне эту часть. Ее невозможно убить, ее невозможно забыть, но как с нею жить, если она уже не твоя? Оставшиеся части не могут жить в согласии.

Пренебречь им? Но я не смогу пренебречь мужчиной так же, как он пренебрег мной.

Но он толкает меня на это. Я не хочу изменять ему в ответ.

С кем мне теперь идти по жизни?

Он смог. Сегодня остался у другой. У нее родился ребенок от него, и он решил делить себя между всеми детьми, нашими и их ребенком. Но я не хочу поддерживать и утверждать в доме предательство. Я не хочу видеть такого человека и не буду этого делать.

Если я останусь, я не смогу смириться. Я знаю таких смиренных, и таких внешне смирившихся достаточно много в моей жизни.

Имею право на достоинство? Если я ухожу, я сохраняю его? Да! Если остаюсь, то теряю? Если останусь, боюсь, что не выдержу и буду мстить ему, ей и, о боже, нет… Надо уезжать от греха подальше! Ненависть растет с каждым днем, она порой кажется невероятных размеров, она наполняет не только меня, но и все вокруг, семью и весь дом. Надо бежать из дома, из семьи, из города…

Мирра останавливается в дверях. Делает шаг назад, подходит к зеркалу, хочет написать на нем помадой: «Ухожу.

Рука застыла, слов и чувств со слезами много, но написать что-либо – она не может.

Так думаю только я, или так мыслят все женщины? Порой хочется поступить зеркально? Сильно и свободно. Унизить и оскорбить.

Правильно ли так?

Он может быть сильнее. Он может вести семью, он дал жизнь нашим детям, он помогает жить моим детям.

Так ли все, что я пишу?

Мирра бросила взгляд на сморщенный портретик Нефертити на стене.

Царица Неф, помоги! Твое смирение во мне и твоя мудрость…

Ранее думала забрать его с собой, но сейчас что-то подсказало: не бери, пусть частица сокровенного останется здесь, в этом доме вместе с детьми. Она за ними присмотрит в твое отсутствие, она будет твоими глазами здесь, частью твоей души. Ты будешь здесь частично, ты никогда не сможешь уехать вся.

Мирра спускается тихо по ступеням на первый этаж, все расплывается перед глазами.