Пьесы для трех актеров

Я ведь тоже не идеальна. И, может быть, тоже недостаточно тепла.

Лицо его мрачнеет. Долгая пауза.

ОЛЕГ. Оказывается, у нас есть проблемы.

НАТАША. А ты не знал?

ОЛЕГ. Может быть, и знал, но не придавал им значения.

НАТАША. Я же говорила, что не стоит выяснять отношения.

ОЛЕГ. Нет, почему же. Это было полезно. Есть о чем задуматься. Но ведь все остается, как мы решили? Мы женимся? Ты не передумала?

НАТАША. Нет.

ОЛЕГ. Вот и хорошо.

Входит Свидетель. На нем нарядный костюм, светлая рубашка и галстук «бабочка»; он гладко выбрит.

СВИДЕТЕЛЬ. Почему бы нам не выпить еще по чашке кофе?

НАТАША. (Пораженная переменой в его облике.) Боже мой, я вас и не узнала! Неужели это вы?

СВИДЕТЕЛЬ. Это, несомненно, я. А может быть, и не я. Трудно сказать.

ОЛЕГ. Вы шикарно выглядите.

СВИДЕТЕЛЬ. Стараюсь быть похожим на образцового официанта.

ОЛЕГ. Вы скорее похожи на жениха.

СВИДЕТЕЛЬ. Вы такая красивая пара, а я, как-никак, ваш шафер.

НАТАША. По-моему, ваше лицо мне знакомо. Мы не встречались раньше?

СВИДЕТЕЛЬ. Конечно встречались. Полчаса назад я сидел рядом с вами за этим столиком.

НАТАША. Нет, я имею в виду еще раньше.

СВИДЕТЕЛЬ. Тогда бы я запомнил ту встречу. Вы очень красивы, а красивых женщин я не забываю.

НАТАША. Донжуан начинает очередную атаку?

СВИДЕТЕЛЬ. Исключительно чтобы не терять форму.

ОЛЕГ. Пусть шутит. Все равно надо как-то убить время.

НАТАША. "Убить время"?

ОЛЕГ.

НАТАША. Ну что ж, давай убивать время.

СВИДЕТЕЛЬ. Время нельзя убивать. Это все равно что убивать самого себя. Надо наслаждаться каждой минутой бытия.

ОЛЕГ. Чем же вы больше всего любите наслаждаться? Женщинами, конечно?

СВИДЕТЕЛЬ. В том числе и ими.

НАТАША. И сколько их у вас было?

СВИДЕТЕЛЬ. Не пересчитать.

НАТАША. Не хвастаетесь? Ведь это утомительно – порхать от одной к другой.

СВИДЕТЕЛЬ. Вы правы, порой это утомляет.

НАТАША. Зачем же вы их все время меняли?

СВИДЕТЕЛЬ. Спросите человека моего возраста, сколько раз он занимался любовью со своей женой. Допустим, сто раз в год. А за тридцать лет…

ОЛЕГ. Три тысячи.

СВИДЕТЕЛЬ. Браво. Теперь спросите, сколько из этих трех тысяч любовных актов врезалось в его память. – Один – два, не больше. Все остальное сливается в однообразный, бытовой процесс, который в медицинских книжках уныло называется «супружеская жизнь».

ОЛЕГ.