Рубль – не деньги

– Тогда получается, что ты в денежном выражении от меня немногим отличаешься, – гнул свое Гарик.

– Отличаюсь. На 22 рубля 50 копеек.

– Вот представь себе, Катька, женился бы я на тебе…

– С ума, что ли, сошел?

– Это допущение, не перебивай. Вот предположим, женился, а у нас твоя зарплата, моя стипендия и ребенок…

– Давай сразу к эпилогу, – все-таки перебила его Катя. – Мы бы сдохли.

– Значит, надо идти работать, – осенило Гарика.

– Я уже и пошла.

– Да нет, мне надо. Я придумал: пойду на «Скорую», там по графику, ночами.

Катя встала и прошлась из угла в угол, чтобы размяться. Задумчиво посмотрела на друга детства и спросила:

– Вот скажи мне, Макаров, чего тебе не хватает? Мы же не живем по остаточному принципу… При полном безденежье на тебе цейсовские очки, а на мне – австрийские сапоги, пьем мы мартини и только позавчера ходили на Алисию Алонсо. Пока есть наши родители…

– Ты подошла к самому главному, котенок! Именно родители! А я хочу своих денег, а не родительских! – Гарик почти кричал.

– До лета еще дожить надо, – резонно заметила Катя.

Гарик враз погрустнел. До лета еще был целый учебный год. Девять месяцев будут тянуться долго, а влюблен он сейчас, и в девушку Снежану, с которой он только недавно познакомился. Хотелось ошеломлять дорогими ресторанами и театрами именно на начальном этапе отношений. Это Катьке можно было честно признаться в том, что кошелек пуст – она знает его, как Облупленного, всю жизнь, а никакой девушке не сообщишь о таком конфузе.

– Доживем, – сказал Гарик не особо радостно, – а пока пойду на «Скорую». Ребята говорят, что там благодарности всякие.

– От кого? – поинтересовалась Катя.

– Как от кого? От больных. Я же не санитаром устроюсь, все-таки последний курс, врачом возьмут. Вон Никита там уже месяц, ему аж 200 рублей перепало в первую же неделю от какого-то дедка.

– Ну-ну, – неопределенно хмыкнула подруга. – Рвач твой Никита, и своего не упустит.

– Мы все помним про клятву Гиппократа, – торжественно начал Гарик, – и никогда…

– Это ты никогда, а твой дружок всегда, не взирая на Гиппократа, – подвела черту Катя. – Пойду я домой, уже первый час ночи.

Когда она ушла, Гарик еще долго обдумывал сложившуюся ситуацию и пришел к выводу, что прав. Стыдно здоровому взрослому мужику брать у родителей деньги. С этой сладкой мыслью он и уснул.