Слава КВКИУ!

– И она билеты тоже долго, как и мы, в кассе достаёт? – не угомонилась девочка.

– Так ты её и спроси! – предложил папа.

– Только когда конфетки закончатся! – согласилась девочка. – Тогда позову и спрошу! И не волнуйтесь! Сказать «пожалуйста» я не забуду! – и сразу без паузы опять. – А почему пузырьки в моём стакане не тонут?

– Потому что очень лёгкие, вот и всплывают! – посмеялась мама.

– Всегда легкие? – уточнила егоза.

– Ну конечно, всегда! – подтвердила мама.

– А как же их в стакане утопили? – не унималась дочь.

– Всё, Дашенька! Помолчи хоть немного, а то самолёт не взлетит! – решил остановить поток вопросов папа.

Не тут-то было! Её здоровое любопытство, казалось, не иссякнет никогда:

– А если он не взлетит, мы на поезде поедем? А если летчики забудут моторы на земле?

– Тогда точно придётся возвращаться! – ответила мама, смеясь.

– А как наш лётчик дорогу в Москву знает? Он что же, в воздухе ее видит?

– Конечно! – подтвердил папа.

– Ты не обманываешь? Ведь на воздухе дорога совсем без краёв!

– Всё равно он знает! – выразила уверенность мама.

– А если станет темно?

– Дашенька, летчик всегда смотрит по специальным приборам… – принялся деловито объяснять папа, но дочка не дослушала:

– Понятно, понятно! На тех приборах крупно написано: «Если налево полетишь, в Москву прилетишь! А если прямо, то… Тогда куда? – заставила загрустить родителей Даша.

– А как мне быть, если я захочу на воздух? – не унималась дочка. – Надо летчику сказать, да? А разве он меня без вас выпустит? Он на ключ закрылся или просто так? Надо постучать к нему, да? А если он испугается и потому забудет дорогу?

4

Мой самолёт вырулил на взлётную полосу и затаился перед тем, как врезаться в небо.

Всё чаще застонали от ударов стыки бетонных плит, но мой «Ту» оставил их в покое, резко задрав прозрачный нос, он устремился в высоту, оставив внизу множество земных проблем, оставив позади себя мою Казань.

За несколько взлётных секунд я не успел разглядеть зону отчуждения вдоль взлетной полосы. А с нею у меня многое связано. Что осталось только в воспоминаниях. Но формировались они не в современном, большом и красивом, а ещё в старом аэропорту очень старой и сплошь деревянной Казани с чудовищно грязной главной улицей Николая Баумана, на которую без стеснения жители выливали помои.