Порог серости

– Что ты здесь делаешь? – раздраженно поинтересовалась она, едва сдерживая себя, чтобы не сорваться на крик.

– То же, что и ты, стою и разговариваю со своим клоном.

– Я здесь должна быть одна!

– Я тоже так думала, – мягко отвечала первая Настя.

– Так, уходи! Мне хочется побыть одной! – закричала девушка и кинулась к темноте.

– Мне, правда, очень жаль, но это невозможно, мы единое целое и должны находить общий язык, чтобы существовать вместе.

– Ты моя противоположность, ты не можешь думать как я, ты не можешь чувствовать то, что чувствую я! – Настя смотрела в темноту, оставаясь в кругу света, ее силуэт можно было разглядеть, но с трудом.

– Ошибаешься, я понимаю тебя лучше, чем кто-либо еще, просто я…

– Да, ты слишком мягкая, из-за этого ты не можешь осознать всю ситуацию окончательно, а я…

– У тебя та же проблема. Не замечала? Из-за твоих сильных эмоций ты очень часто принимаешь неверные решения, говоришь не то, что думаешь, только из-за порыва чувств, не обдумав сначала, а это и приводит к очень плачевным последствиям, – спокойная Настя медленно направилась к своей второй половине.

– Если я превращусь в тебя, то жизнь перестанет иметь смысл. Жить без эмоций. Куда хуже? Для чего тогда все это нужно? Разочарование, горе, обида. Порой радость…

– Порой? Ты не права, я умею радоваться, это потрясающее состояние. Я стараюсь не замечать негативных моментов, а чувствовать только положительное, – она уже подошла вплотную.

– Только положительного не бывает, надо трезво оценивать ситуацию, быть мягкими со всеми – невозможно, тогда они начнут пользоваться этим, и ты уже перестанешь быть самой собой.

Отойди. Прошу тебя, отойди. Мне трудно, оставь меня одну, мне нужно подумать.

– Я тебе могу помочь, постой, – девушка дотронулась до плеча другой.

– Не можешь, оставь меня! – крикнула та, резко развернувшись и толкнув первую, ее лицо было заплакано, слезы текли по щекам, большими каплями собирались на подбородке, и падали вниз. – Я же нормально попросила, – произнесла она, ступив в темень.

Ее тело растворилось в ней и исчезло, лишь отрывистые рыдания напоминали о присутствии где-то поблизости кого-то еще.

Отшатнувшись от толчка, Настя попятилась назад, провожая взглядом вторую. Она уселась на пол, и что-то мокрое упало на ее руки, а после все рукава, которыми она вытирала лицо, можно было выжимать.

Я открыла глаза. Тьма окружала меня, но в ней угадывались очертания моей комнаты.