Неизведомости

– Магнитик не желаете? – бесцеремонно прервал размышления Ильи откуда-то раздавшийся голос. В ленивой полудреме города он звучал раздражающе бодро.

– Магнитик? – рассеянно переспросил Илья, подняв от земли глаза и увидев перед собой полную краснощекую женщину, опоясанную серым пуховым платком.

– Ага, – деловито кивнула та, указывая рукой на большую металлическую доску с россыпью магнитов, болтающуюся на перилах моста. – У меня тут есть Царь-пушка, Малый театр в тени Большого, Ленин на пне, чей-то дворец в Геленджике, кстати, пользуется спросом… Вы берите-берите, воспоминания о столице на любой холодильник!

– Мне не нужно, спасибо, – натянуто улыбнулся Илья, попытавшись изобразить вежливость.

– Да ты же толком не поглядел, молодой человек! – покупателей сегодня было немного, и женщина явно не собиралась упускать потенциального клиента. – Вот, подойди, подойди поближе, я тебе сейчас повыше подниму!

Бойкая продавщица торопливо подняла доску с магнитами и поставила на перила моста, придерживая рукой.

Определенно довольная собой, свободной рукой женщина стремительно принялась отковыривать нужный магнит от доски, не давая покупателю время опомниться и передумать. От ее суетливых неловких движений жестянка вдруг скользнула на перилах, опрокинулась и полетела с моста в реку.

Лицо женщины побелело. Она в ужасе схватилась за голову руками и как подкошенная рухнула на колени.

– Моя пенсия! В них вся моя пенсия! На что я теперь жить буду! – неистово кричала она, сотрясаясь всем телом. – Горе мне, Господи!

Интуиция подсказала Илье, что в сложившейся ситуации приличным было бы выразить соболезнование. Он подошел и положил руку на плечо плачущей женщине.

– Давайте я возмещу. Частично…

– Спаси их! Спаси, родной! – продавщица вдруг подскочила на ноги и вцепилась в пальто Ильи, вперившись в того обезумевшим взглядом.

Последние слова женщины дерзким вызовом зазвучали в голове Ильи. Он представил, как летит с моста за магнитами и внезапно ощутил бурный прилив сил: сердце неистово забилось, кровь застучала в висках, все тело напряглось, как сжатая пружина. Доселе скучавший Илья испытал невероятный подъем, какой с ним порой случался в минуты безрассудства: нервы затрещали от электрических вспышек и в глазах заплясали языки пламени.