Какая же ты бездна – человек!

В голове зашумело, стало спокойно и тепло. А Историк, ласково заглядывая в глаза, всё рассказывал, рассказывал:

– Планета. Сечёшь, точковщик? Прямо по курсу. Очень клёвая планета. Вчера результаты сканирования поступили. Рай, а не планета. Возможно, это и есть цель нашей экспедиции.

– Ты поэтому рубку изолировал, охрану поставил, – язык у Феди слегка заплетался, – чтобы никто, кроме тебя… А врал, что спектроскоп упёрли.

– Врал. А как же?! Кто владеет информацией, тот, знаешь ли…

– Знаю.

– Вот и не выёживайся.

Через пару дней мы приблизимся. И тогда двести человек сядут в посадочный модуль и полетят на планету. Синтезаторы жрачки, лекарства и оружие уже погрузили. Один мой человечек очень кстати арсенал нашёл.

– Двести? Это твои гвардейцы?

– И примерно половина народа из первых партий пробудившихся. Те, кто более-менее овладел хоть какой-то специальностью, у кого память не до конца отшибло. Полезные люди – не балласт. Васька Бонапарт – механик, Коля Чайковский – медик, Джон Ленин – электрик.

И ты – счетовод, и Двойка должна была. А она на меня с ножиком… Дура! Вас поэтому и не было в списках экипажа. Я это всё придумал чисто, чтоб народ от сборов отвлечь, чтоб незаметно слинять получилось. А там заживём. Целая планета наша!

– Так надо сажать корабль, зачем драпать? Планеты на всех хватит.

– Очень легкомысленно рассуждаешь, честное слово. Не понимаешь сложности ситуации. Это пока мы в уважухе, потому что первыми проснулись. А когда к этим вонючкам память вернётся и они скажут: «Я президент»; «А я генерал»; «А я вообще капитан этого корыта»; «Аллё, это я здесь командир!» – что тогда? Гробы кончатся, ты совсем никому не нужен будешь.

И я. Очень я этого не хочу и, прямо скажу, опасаюсь.

– Нет, – сказал Федя. – Ты не этого боишься. Ты боишься, что они вспомнят, кто ты. Так боишься, что готов бросить на произвол судьбы тысячи людей, лишённых памяти.

– Давай без понтов, умоляю. В конце концов, цель оправдывает средства.

– А точковать? Кто вместо меня точковать останется? Ты же сам мне лапшу вешал, что это важно, что учёт является важнейшим условием борьбы с хаосом, что только так мы сможем обеспечить планомерное распределение и контроль.

– Да это не твоя уже забота, – Историк раздражённо сунул пистолет в карман. – Как-нибудь справятся. Мы же справились? А ведь тоже ничего не понимали.

– Нам очень повезло, нам сильно помог Большой Мозг. Но теперь он при смерти.