Меньше единицы, больше девяти

– А-а, сейчас, – протянула Молина и тоже полезла в сумочку за записной книжечкой.

Она листала её в поисках страничек на букву «Х», где сделала последнюю запись: «Хвостов Саша» – и номер телефона.

– Вы наш ангел-спаситель, – произнёс продавец. – А то моя матушка затеяла коммерцию, а счёт в банке открыть не можем никак. А вас как зовут?

– Инга.

– Запиши: Инга, – сказал продавец приятелю. – А меня Ларик зовут.

– А фамилия? – поинтересовался приятель. – Я по фамилиям в книжку записываю…

– Молина.

Нам телефон недавно поставили. Даже номер ещё не запомнила, – пояснила она свою возню с записной книжечкой. – Вот, записывайте.

Мужчина старательно записал номер, убрал записную книжку и с энтузиазмом сказал:

– Я позвоню! Меня Виктор Викторович зовут.

– А самовар? Вам вот этот нравится? – подключился Ларик.

– По мне, что надо, – сказала Жукова. – Такая тематика осенняя.

Самовар был расписан сказочным пейзажем с деревьями, изгибавшимися под ветром и ронявшими охряно-пятнистую листву.

– Десять рублей, – объявил Ларик и поспешно добавил. – Но вам отдам за восемь.

Инга переглянулась со Светой и протянула продавцу восемь рублей. Тот вытащил из сумки картон, превратил его в коробку и упаковал самовар.

– Мы позвоним. В девять не поздно будет?

– Звоните-звоните, – улыбнулась Инга.

Подруги направились к станции метро.

– По рублю сэкономили, – с удовлетворением промолвила Инга.

– Молина, ты прям с цепи сорвалась, – сказала Света.

Глава 5

Во вторник Александр пребывал в некоторой рассеянности.

Со стороны казалось, что он, всегда серьёзный и собранный, теперь боролся со снизошедшим на него благостным настроением, причём явно проигрывал. Его губы то и дело против воли растягивались в улыбку.

– Ты какой-то сегодня весь день не такой, – заметил Акулов. – Кстати, как у тебя с Ингой?

– Вот в ней всё и дело, – признался Александр.

– Чем же это она успела тебя так осчастливить? – спросил Дмитрий.

– Да вчера такой фокус выкинула.

И я не пойму, как к этому делу относиться. То ли как-то сказать, чтобы попридержала коней, то ли чёрт его знает – пусть несут…

Акулов уронил на стол газету и повернулся к коллеге:

– Не понял, она что, в загс уже тащит?

– Бери круче, Димон, – ответил Александр.

Он перестал противиться настроению, и счастливая улыбка засияла на его лице.

– Ребёнок будет, – выдал Акулов то, что пришло в голову, но тут же сам и поправился.