Орладар

– Спасибо, приятного аппетита, – ответила девушка. – Дядя Сигер, о чем задумались?

– Да вот, прошлое вспомнил, когда брат с ума сходил. Странно все это. Все эти годы он нес всякую чушь, и – бам – рассказы о сыне оказались правдой.

– А что, вас не было, когда тут Хьюхо жил? – спросил я.

– К сожалению, редко – в перерывах между моими странствиями. Я не мыслил свою жизнь без путешествий. Мы больше общались через письма, и из них я знал о преследованиях горожан, которые называли Хьюхо чудовищем, медведем-оборотнем.

Я, конечно же, не верил во всю эту чушь, но каково же было мое удивление, когда Филипп сам признал в мертвом медведе своего сына! Потом он, как начал копить эти свои книги, возиться с ними, работу забросил, закрылся ото всех, стал рассказывать о каких-то видениях, а после и вовсе стал утверждать обратное – что его сын жив и что должен вернуться. Мне было невыносимо смотреть на это, я думал, что он сошел с ума, и вновь возвращался к своим путешествиям, мы почти не виделись.

– Ну да, вы тут у нас не задерживались больше трех дней.

Каждый раз, когда вы приезжали, мы знали, что скоро будем прощаться, – добавила Шейн.

– Как же я ошибался! А ведь мог больше времени провести с родным братом. Но ничего уже не вернуть, – тяжело вздохнул Сигер, потом как будто отказался грустить, встряхнул головой, резво взглянул на нас и перешел на бодрый тон: – Ну как вам книга? За сколько времени управитесь?

– Думаю, за сегодня справимся, – сказал я, пролистывая книгу.

– Не спешите возвращаться, мне нужна ваша помощь, – сказал Сигер, – этот дом старее самого Филиппа, так же как и крыша.

Шейн говорила, что на прошлой неделе тут затопило.

– Хорошо, напишем, поможем, – сказал я.

– Нет. Пишите и отдыхайте, завтра начнем.

– Что ж, тем лучше.

Глава 3. Основатель Орладара

Сигер куда-то ушел на целый день. Мы с Энтером уселись в зале, где был большой стол, куда мы положили эту энциклопедию, Магдалия любезно добавила туда еще несколько полезных книг. Они с Шейн обслуживали посетителей, кто приходил возвращать книги или одалживать новые.

Теперь материала было в изобилии, и мы все думали, как сжать эту информацию до формата курсовой. Энтер, как всегда, читал скучные записи, словно это нечто захватывающее. Целый день я провел смеясь, Энтер был способен поднять даже самое омраченное настроение. Пожалуй, это его лучшая черта. Поэтому нудные учебные будни превращались с ним в незабываемые приключения. Все были от него в восторге.