Дорога к сыну

Широкое жало ножа, острое лезвие и наборная рукоятка из цветного вулканического стекла с медным травлением на боках, будто переплетение дивных цветов, никого не оставило равнодушным, а старик стал ловко орудовать им, будто Якуб был не пожилым слепым человеком, а ловким юношей, знавшим технику ножевого боя.

Такой нож позволил многим кишлачным скептикам забрать назад свои сомнения. Они наяву увидели, как старик мастерски, живо и без всякой театральности, со знанием дела владеет ножом, что никакая слепота не является ему помехой.

Стальное жало ножа грозно посверкивало в лучах заходящего солнца, а солнце жмурилось, не в силах снести стальной блеск, и торопилось упасть за горизонт.

Солнце устало от крови…

Каждый тут понял, какая страшная сила таится сейчас в руках старика. Все почувствовали, что с таким союзником, как этот нож, не страшны никакие шайтаны и дивы – будь то сам Заххок, отцеубийца и змееносец на своих плечах, или сам Иблис.

С последней подруги Рекса сняли старенький и потрёпанный ремешок с колокольчиком – и среди собачьего племени есть свои непревзойдённые кокетки, – ещё не утратившим мелодичного звона.

Колокольчик повязали на мощную шею стариковской собаки, единственного и верного спутника Якуба, и сельчане, дружные рубобцы, пролили слезу расставания, замешанную на скорой встрече.

Старик Якуб, приложив руки к груди, замер в торжественном и величественном ожидании. Неизвестность повернулась к нему лицом, и встала перед стариком во всей своей чарующей и пугающей красоте, а старик прочитал в сторону бейт Хафиза:

«О бренных причинах не думай, мудрец, —

И горе и радость исходят от Бога».

Якуб Дилкушод невольно прослезился, после осторожным движением смахнул незаметную слезу и повернулся к родным и близким землякам.

Старики прочитали молитву, где просили Аллаха не отвращать своего лица от раба, прибегающего к нему за помощью. Также они просили Вседержителя мира о том, чтобы тот был добрым и милосердным господином и щадил преданных слуг своих – Якуба и его собаку.

Да сохранит Он путешественников от тягот и лишений горной зимней дороги и поможет встретиться двум любящим сердцам, чтобы один пришёл поскорее к другому и стал другом стеснённого сердца.

Мулла возвёл руки и начал читать молитву, провожая в трудный путь смелого старика, который решился найти своего сына и помочь ему.