Честь имею. Крах империи

За внешней стороной их клетки, в предсмертных судорогах бился большой красивый лев.

Вот такая грустная история приключилась несколько лет назад в столичном цирке.

Всё рассказанное мною я узнала из разговора моих родителей, об этом много писали и в газетах. Но сама я, как вы прекрасно понимаете, девочки, не была свидетелем того, что вы только что услышали.

– А мне его жалко, – шмыгнув носиком, проговорила Анна.

– Льва?.. – спросила Галина.

– И льва тоже, – ответила Анна.

– Глупо она поступила.

Думается, решила посмеяться над влюблённым в неё человеком. Льва жалко, а ей поделом, – подытожила Лариса.

– Да, очень высокомерна! Верно, все красавицы такие, – тяжело вздохнула  Анна.

– А мы не будем такими, мы же не красавицы… Верно, девочки? – улыбнулась Лариса.

– Что это не красавицы?! Ещё, какие красавицы! – громко воскликнула Галина и все трое, обнявшись, звонко засмеялись.

– А на днях мы с Аннушкой шибко смеялись, – остановив смех, проговорила Галина и улыбнулась.

 – У нас папа всегда по вечерам газетки читает и когда в них написано что-нибудь интересное, зачитывает вслух. А прошлый раз так сильно увлёкся, что даже забылся и всё приговаривал: "Поделом ему! Поделом!" – и смеялся. Нам с Аннушкой тоже интересно стало: "Что он там интересное вычитывает?" – подумали, и попросили, как прочитает газету, дать её и нам почитать. А потом мы тоже долго смеялись.

– Ты, Галенька, не купца ли вспомнила, которого губернатор выпорол? – спросила сестру Анна.

– Его, сестрёнка. Смеялись мы потом долго. Помнишь?

– Как не помнить?! Сме-е-еху было-о!.. Просто ужас! Расскажи, пусть Ларочка тоже посмеётся.

– Так потому и вспомнила, что рассказать хочу, – ответила Галя, задумчиво собрав на лбу миленькие складочки.

– В старину дело было. Сто с лишним лет назад в Абаканском остроге, Енисейской губернии случился сильный неурожай. Люди сильно голодовать стали, а у одного купца, фамилию не помню, пусть будет Хваталкин", – Галя засмеялась и следом за ней залились весёлым смехом Анна и Лариса.

– Хваталкин, вот смех-то, – взахлёб смеялась Анна.

– Ха-ха-ха! – вторила подругам Лариса.

Вдоволь насмеявшись, Галина продолжила рассказ.

– Так вот, у того Хваталкина, – улыбнулась, – очень много было запасено хлеба, и нет, чтобы продавать его по божеской цене, так он стал втридорога торговать им. Люди, ясно дело, роптать стали и высказывать ему всяческие неудовольствия.