5 | Времена лет. (2014—2015)

возвратно!

знакомого всю жизнь народу

встречаю уж совсем нечасто,

кругом – совсем-совсем чужие,

и непонятны мне их речи,

друзья – давно молчат в могилах,

и кто меня хоть как-то встретит?

Что тут вокруг – не понимаю,

и платят этой же монетой

меня тут молча провожают

на тот, не наш, с родного света,

и терпеливо ждут, наверно,

любых подарков и гостинцев

от сироты простой таверны —

увы, давно (всегда) не принц я

скажи, приятель откровенный,

коль вдребезги еще не пьяный,

что здесь с тобой мы позабыли?

что занесло судьбой сюда нас?

и были ль мы или не были?…

Прощание

я живу, но в каждое мгновенье:

«вот и всё?» и «может, пронесёт?»

надо мною ангельское пенье,

серы подо мной невпроворот

я спешу весною надышаться

и в бокале светлый кайф поймать,

я готов – шутить и разрыдаться,

и ложиться – в гроб или кровать

что ж, прощайте, краски и идеи,

книги и стихи – прощай и свет,

забытьё глаза и душу слепит,

и меня, считайте, больше нет

Yesterday (не с Beatles)

ещё вчера

казалось: жизнь идет с утра,

смертям назло и на ура,

ещё вчера, ещё вчера…

как быстро годы пронеслись,

ты только встал – и вновь ложись,

душа опять стремится ввысь,

она – ты ж к тлению стремись…

и солнце вновь, и почки вновь,

но не волнует маем кровь,

не шелохнется глаз и бровь,

старьём, как молью, тратя новь

и всё прошедшее – забудь,

и только помни скорбный путь,

весь до конца, а не чуть-чуть,

ведь только в нём – всей жизни суть…

ещё вчера

казалось: жизнь идет с утра,

смертям назло и на ура,

ещё вчера, ещё вчера…

Журавлям

журавли, не летите в Россию,

в тяжелый край насилия и лжи,

летите и сворачивайте мимо,

вы никому в России не нужны

и клёкот ваш уж не пробудет совесть

стыдом не заволнуется душа,

в печаль уходит горестная повесть

про нерождённого в России малыша,

последний день – уже не за горами,

последний луч надежды погасив,

живите где-нибудь подальше, но не с нами,

«КОНЕЦ» выводит меркнущий курсив

Из школьного

молчком молчит Петруша из буфета

от «Горя от ума» – в ответ молчу и я,

от Лизаньки опять всё шашни да приветы,

у Чацкого желчь слов стекает с острия

мне жаль Володю – из какой-то Ольги

скандал, дуэль и ранняя кончина,

от книг классических уже прогнулись полки,

и скука, как перед «Авророй» в Зимнем

«Что делать?», е