Роман на пять свиданий

Тут Витя увидел пакетик, который его мама всетаки подсунула ему в багаж, хотя он настоятельно просил этого не делать. Витя его развернул – бутерброды. На кусках белой булки лежали ломти любительской колбаски. Подсохшие было Витины глазки опять увлажнились. Мамочка… нужно будет разделить эти три бутерброда на четырнадцать частей. Вот и четырнадцать обедов, сухим холодным пайком. Горячая слеза сползла по щеке.

Как бы сохранить питание? Витя сквозь слезы оглядел комнату и тут впервые (не пей виски в самолете!) он увидел холодильник, маленький такой, под столом стоял.

Витя приблизился к нему, прижимая бутерброды, как братьев, к груди и открыл… А там – минералка, кока-кола, пиво двух сортов, орешки, шоколад, чипсы… е-мое… живем! И тут в глаза ему бросилась маленькая, аккуратненькая такая, миниатюрная, как японка, пятидесятиграммовая бутылочка – виски «Белая лошадь».

Витя побежал блевать.

Занималась заря…

Утро застало Витю унылым.

Звонить – пусть высылают деньги? Матери? Брату? У них денег нет. Куряпину? Что он подумает? Да и на какие средства звонить? Продать чего-нибудь?

Витя осмотрел вещи. Часы «Слава»? На Родине стоят как две кружки пива, а здесь что дадут?

Кому нужны Витины тренировочные брюки с вытянутыми коленями, облеванная сумка, клетчатая рубашка, носки, перочинный ножик?

Ботинки? Витя посмотрел на ботинки.

Новые, всего второй сезон пошел. Крепкие, прошиты двойной ниткой, подметка кожаная, шнурки без узлов… Эх, шнурки… Может, повеситься на них – и дело с концом…

Нет, неплохие все-таки ботиночки.

В ГУМе брал. В таких ботиночках можно шагать и шагать еще. Отсюда до Москвы прошагают. А зачем до Москвы – до аэропорта только, километров пятнадцать-двадцать всего. Дойду!

Витя надел ботиночки и пошел завтракать, завтрак входил в стоимость. Есть ему с похмелья не хотелось. Но есть надо. Впрок. Да и припасти чего-нибудь на вечер было бы неплохо.

За завтраком в стиле «шведский стол» ему под пронизывающими взглядами официантов удалось выкрасть только один помидор, да и тот небольшой. Остальные продукты, которые он использовал как положено, через рот, а не через карман, Витя донес только до унитаза в своем номере. Вывернуло наизнанку. Пустым, в широком смысле этого слова, Витя собрался в Город.

А Город блаженствовал.