Неполное превращение. Роман

Другой, Серёжа, молочно пухленький, трепетно оберегает свою розовую молочность, потирает щёчки гладкой розовой ладошкой. Держа в левой ладони ручку, он пишет, при письме замирает, поднимает вверх указательный, не утомлённый физическим трудом пальчик, словно познаёт истину, после, довольный, снова корябает левой главной рукой уже по клавиатуре.

Серёжа также носит очки и выглядит совсем юным благодаря пухлости и нежности лица, ничем не выдавая свои двадцать восемь.

Иногда Серёжа съезжал на поедание конфет в бесчисленном множестве, но брал себя в руки, прекращал и вновь садился за компьютерное письмо.

Андрюша имел опыт употребления запрещенных веществ. Серёжа имел опыт общения с людьми криминального характера.

Андрюша и Серёжа самые талантливые на курсе, их отличает предельная обходительность со взрослыми, особенно женского пола. К обходительности их приучили мамы и бабушки и старшие сёстры. Поэтому к чужим мамам, и бабушкам, и старшим сестрам они обращаются вежливо и почтительно. Женщинам в диапазоне от 30 до 80 они нравились.

Но им же, самим парням, нравились двадцатилетние, которых было не за что пока уважать, взгляды на прелестниц получались презрительные, и девушек они не завлекали.

Девушки тоже привыкли уважать своих пап, дедушек и старших братьев и, как водится, не замечать своих маленьких ещё и тупеньких в делах жизни ровесников.

«Молодёжные занятия нельзя вести скучно!»

И снова карамельное прошлое и школа, где Виктора почти не замечали, а замечали Женю, мастера единоборств.

Женя единственный главный авторитет класса. Он симпатичный, русоволосый с вытянутым бледным лицом. Его лицо, точнее выражение временами схоже с лицом очень правильной и воспитанной девушки Ольги, темноволосой, с короткой стрижкой на пробор. Ольга старше, училась в другой школе, но многие в классе её знали. Родители ставили в пример.

Ольга всегда слушалась родителей. Сходство этих людей (Ольги и Жени) заключалось в правильности черт лица и улыбок, в крупных белых зубах и правильных интонациях.

Ольга не была авторитетом класса, а Женя был. И нынешний писатель Виктор объяснить это не мог. Жизнь доказывала.

Любое слово, прилетевшие от Жени к одноклассницам, они ловили с радостью, как обещание счастья, как букет невесты ловит подружка и держит его глупо улыбаясь и стесняясь, зная, что такого счастья она недостойна.

Ни одна из одноклассников не достойна была любви Жени, крутого блондина, сильного и быстрого, и каждая об этом знала.