Ну как же себя не обожать?!

Мне до этого рассказывали искусствоведы, что известная дама-куратор московского музея погибла в автомобильной катастрофе. Жалко, но бывает. Однако, не всегда случается, что при инвентаризации в коллекции не оказывается самых ценных единиц хранения. Но, ясно, уголовное дело не заведешь, с мёртвой не спросишь. То есть спросить-то можно, но не ответит. Факт тот, что композиция каким-то образом оказалась во Франции. Когда я осторожно начал задавать вопросы, дама-аукционерша занервничала, заявила, что это другая вещь, пробная отливка, и отказалась вести переговоры об экспертизе.

Насчёт отливки это чушь. Будто после пробной была ещё какая-то отливка. Это вам не гравюра. Никто пробными отливками из драгметалла не торгует. Их просто переплавляют и пускают материал в оборот, используя скорректированную форму. Я успокоил брокеров, сказав, что это всего лишь моё праздное любопытство, больше ничего. После этого птица со своим выводком прочно обосновалась на исторической родине. Произведения искусства тоже репатриируются. Богатый французский покупатель из Лиона предпочёл остаться в тени.

Вернёмся, однако, к началу истории.

– Скажите, как мне отблагодарить Веру Ефимовну? – обратилась ко мне Екатерина Никитична.

– Я у неё узнаю.

Спросил у Веры. Ответила:

– Я счетов не выставляю. Но буду рада хорошим серьгам. Есть, однако, нюанс. Как вы знаете, я не одна. И нам по делу нужно ожерелье. Не слишком дорогое и не слишком дешёвое. Для наживки.

Я передал это пожелание старой даме.

Та сказала, что Вера получит и то, и другое, на всякий случай по дарственной:

– Мало ли кому придёт в голову потребовать у Веры Ефимовны уточнений относительно того, откуда эти украшения. Не будем забывать про её деликатный статус.

– Она себя определяет как теневого юрисконсульта.

– Я не специалистка по гангстерскому кинематографу, но что-то мне напоминает «Крёстного отца». Помните, личный юрист дона Корлеоне.

– Как же. Том Хэген. По роману он распорядился подложить в постель «трудного» режиссера лошадиную голову ценой в полмиллиона долларов.

– И актёр получил роль.

– Да, получил. Вряд ли Вера достигла таких голливудских высот. Но с идеей дарственной у неё свои соображения.

– Какие?

– Она просит оформить бумагу только на пару серёг.

– Ей виднее. Я сделаю бумагу на серьги с изумрудами в бриллиантовом обрамлении. Она того заслуживает. Это её гонорар. Напишу в дарственной, что спасла мне жизнь.